— Привет! — выдохнул он, надеясь, что его не сочтут размазней и неудачником; лично себе он таким и казался. Никакой мужественности.     921-я подняла голову.

   — Привет,— неуверенно произнесла девушка— Тебя давно не было видно.

   — Улетал с планеты,— Хэн пристроился рядом и даже осмелился взять паломницу за руку.— Возил груз.

   — А-а...

   — А у тебя как дела?

   — Нормально. Сегодняшнее Возрадование было просто замечательное.

   —  Угу,— мрачно согласился кореллианин.— Держу пари.

   — А как твоя поездка, Викк? — после минутной запинки полюбопытствовала 921-я.

   Сумрачное настроение как ветром сдуло. Хэн был готов от радости пройтись на руках или подпрыгнуть до небес. 921-я впервые хоть немного заинтересовалась его жизнью.

   — Да ничего.

   Кореллианин осторожно пробирался по грязи, стараясь не привести башмаки в худшее состояние, чем обычно.

   — Если бы не пираты, которые решили в меня пострелять...

   — Какой страх! — воскликнула девушка.— Пираты! Тебя могли убить!

   Хэн крепче сжал ее руку.

   — Тебе не все равно,— он расплылся в самодовольной ухмылке.— Здорово!

   Кажется, он хватил через край; ему показалось, что девушка отодвинулась, но руки она не отняла.

   К тому времени как они подошли к дормиторию, почти совсем стемнело. Хэн остановился на излюбленном месте — на границе света и тьмы — и снял с девушки инфракрасные очки.

   — Что ты делаешь? — встревожилась 921-я.

   — Я хочу тебя видеть,— объяснил пилот.— А за очками не видно глаз.

   Он поднес ее ладонь к губам и поцеловал. — Я скучал по тебе!

   — Правда?

   Хэн не понял, обрадовалась девушка или, наоборот рассердилась. Возможно, и то и другое одновременно.

   — Ну да,— выпалил он.— Я думал о тебе.

   А еще он думал о том, что впервые в жизни признавался кому-то в своих чувствах и не врал. И говорил от чистого сердца.

   — Я не хотел,— искренне добавил он,— но думал Тебе же не все равно, правда? Хоть чуточку...

   —  Я... мне...— 921-я вдруг начала заикаться.— Я не знаю...

   Она сделала попытку вырваться, Хэн не дал Он принялся целовать покрытые шрамами и порезами пальцы девушки. Прикосновение к ее коже опьяняло посильнее алдераанского эля. Теряя голову, Хэн осыпал быстрыми поцелуями ладони 921-й.

   — Прекрати,— шепнула девушка.— Прошу тебя...

   — Чего ради? — кореллианин перевернул ее ладонь, чтобы подобраться к запястью.

   Он возликовал, почувствовав под губами биение ее пульса; он исследовал нити шрамов, старых и новых.

   — Тебе не нравится? .

   — Да. Нет. Не знаю!

   В ее голосе зазвенели слезы. 921-я выдернула ладонь, и на этот раз Хэн не стал удерживать девушку, хотя поймал за рукав, чтобы не убежала.

   — Пожалуйста... ну пожалуйста, не уходи! Разве ты не видишь, что нравишься мне? Я волнуюсь за тебя, думаю о тебе, ты... ты мне нравишься,—он сглотнул комок, и это было очень больно.— Очень.     921-я судорожно вздохнула.