— Я не хочу тебе нравиться,— хрипло заявила паломница.— Мне не полагается думать о ком-то...

   — А ты даже имени сказать не хочешь,— не слушая, горько заявил Хэн.

   Девушка была готова сорваться с места, широко распахнутыми испуганными глазами похожая на пичугу.

   — Ты тоже мне нравишься,— запинаясь, пролепетала она.— Но мне нельзя. Я должна думать о Едином и Всех! А ты требуешь, чтобы я нарушила обеты, Викк! Как я могу отказаться от всего, во что верю?

   У Хэна заныло сердце.

   — Назови свое имя,— жалобно попросил кореллианин.— Прошу тебя.

   В ее глазах блестели слезы.

   — Бриа. Бриа Тарен.

   Не промолвив больше ни слова, девушка подобрала подол балахона и убежала в дормиторий. А Хэн остался стоять в темноте, и по физиономии его расползалась широчайшая дурацкая ухмылка. Кореллианин и думать забыл про усталость, ноги его были как будто обуты в ботинки с репульсорами. По-прежнему улыбаясь, пилот шагал прочь от дормитория и не замечал, как небеса раскрылись и пролились дождем.

   Я ей нравлюсь... Хэн месил жидкую вездесущую грязь. А у нее симпатичное имя. Похоже на музыку или что-то вроде. Бриа...  * * *

   На следующее утро после долгих часов напряженных раздумий и планирования в по большей части бессонной ночи Хэн отправился искать Тероензу и нашел его в километре от неглубокого океана, где верховный жрец в обществе Вератиля наслаждались заслуженным отдыхом на грязевой отмели, погрузившись в жижу по самую шею. Время от времени т'ланда Тиль перекатывались с боку на бок, чтобы щедро полить грязью те места, где она успела подсохнуть. Два гаморреанца не столько бдительно несли охрану, сколько откровенно завидовали хозяевам. А Хэн чем ближе подходил к «ванне», тем больше морщился от запаха. Воняло так, будто тут кто-то сдох еще на прошлой неделе.

   Кореллианин предусмотрительно остановился на берегу и помахал рукой, привлекая внимание Тероензы.

   — Эй, я хотел бы переговорить с вами, если можно.

   Верховный жрец пребывал в приподнятом настроении, несмотря на то что по подбородок утопал в грязи. Он махнул в ответ.

   —  О, наш геройский пилот! Присоединяйся к нам, друг мой, не стесняйся.

   Лезть в грязь? По собственной воле? Хэн вовремя удержался от соответствующей гримасы, сообразив, что ему оказали великую честь. Кореллианин вздохнул. Когда Тероенза повторил приглашение, Соло отважно улыбнулся и кивнул, расстегнул перевязь и положил кобуру с новообретенным бластером на землю. Следом отправились стоптанные башмаки и комбинезон. Сверху Хэн положил заветный подсумок и с перекошенным лицом, выражение которого он пытался выдать за экстаз и радостное предвкушение, шагнул в красноватую жижу. На первом же шагу он провалился по колено и запаниковал, вообразив, что грязь поглотит его по макушку. Но внизу обнаружилась твердая почва. Улыбаясь жрецам, Хэн сумрачно брел вперед, пока не погрузился по бедра.

   —  Разве не восхитительно? — спросил Вератиль, зачерпывая добрую.пригоршню грязи и щедро размазывая ее по спине кореллианина.— Ничто в Галактике не сравнится с грязевой ванной!

   Пилот энергично кивнул.

   — Здорово. Просто здорово!

   —  Предлагаю тебе поваляться,— громогласно изрек Тероенза.— Так освежает! Смой с себя усталость и дневные тревоги, попробуй!

   —  Ладно,— согласился кореллианин сквозь крепко стиснутые зубы.