Он повертел конверт – на котором действительно не были указаны ни адрес, ни имя получателя. Конверт не был даже заклеен.

Вернер открыл его и вытащил сложенный вчетверо лист бумаги. Прочитав отпечатанные на принтере слова, присвистнул.

«Завтра, в 15.00, оставишь ту же сумму в том же месте. Если опоздаешь хоть на минуту, господин Беренс все узнает».

Подписи на листе не было.

– И что это значит? – спросила Габриэла.

Вернер вздохнул:

– Это называется «шантаж», малышка. Человек, который от нас убежал, знал что-то о другом человеке. Такое, что тому, другому, не хотелось афишировать. Не хотелось настолько, что готов был отдать любые деньги – лишь бы правда не вылезла наружу. И, судя по всему, отдавал он эти деньги уже не раз.

– Почему вы так думаете? – спросил Тимофей. Это были первые слова, которые он произнес с тех пор, как вместе с Вернером оказался у забора. – Потому что тут написано: ту же сумму, в том же месте?

Вернер кивнул:

– Тот парень, которому адресовано письмо, уже платил шантажисту. И думается мне – не однажды.

– Почему?

– Потому что это письмо не дошло до адресата. Он его написал – но не отправил. Таскал в кармане, скорее всего, просто потому, что забыл выбросить. А это значит, что тот, другой парень перестал платить.

– Нет, – сказал Тимофей.

Вернер вопросительно посмотрел на него.

– Как он мог отказаться платить, не получив письма? Ведь если он его не получил, то и не знал, что с него опять требуют деньги. Значит, это письмо перестало быть актуальным по какой-то другой причине.

– Да, пожалуй. – Вернер вдруг улыбнулся. – Знаешь… А из тебя получится неплохой коп.

– Нет, – отрезал Тимофей.

– Нет?

– Нет. Не получится.

– Ты слишком строг к себе. – Вернер потрепал Тимофея по плечу. – Я когда-то тоже думал, что из меня ничего не выйдет. Но…

– Я не думаю, что из меня ничего не выйдет. Я просто не хочу работать в полиции.

– Вот как? И почему же?

– Потому что вы – не свободны.

Вернер невесело усмехнулся:

– Никто в этом мире не свободен, парень. Повзрослеешь – поймешь. Увы.

– И как же теперь искать этого человека? – вмешалась Габриэла. – Того, который убежал?

– Самый простой способ его найти – спросить у твоей мамы, кто это. – Вернер повернулся к Тимофею. – Все, что мог сделать ты сам, уже сделал. Дальше нужна помощь твоей мамы. Скажи, что мы разыскали ее предположительного знакомого. И что у него в кармане лежало письмо странного содержания. Вот, можешь ей показать. – Вернер протянул конверт Тимофею. – Возможно, что-то прояснится.

– А разве это не вещественное доказательство? – снова влезла Габриэла.

Вернер подмигнул:

– Ну, я же не работаю над этим делом. Конверт вы могли раздобыть и без меня – посему, полагаю, имеете полное право распоряжаться им как угодно. А мне что-то настойчиво подсказывает, что фрау Бурлакофф с родным сыном будет более откровенна, чем с представителем власти. Позвони мне, когда поговоришь с мамой. – Он взглянул на Тимофея. – Расскажешь, что удалось выяснить. Хорошо?

Тимофей молча кивнул и убрал конверт в карман куртки.

74

Как и обещали сводки, метель улеглась к полудню. Три снегохода отправились в путь сразу после завтрака, унося на себе Конрада, Огастеса и Йоргенсена.