– Я приказываю вам открыть ворота! – топнула я ногой.

Они даже не пошевелились.

– Все в порядке, можете открыть, – раздался позади меня голос Алессио.

Я обернулась. Алессио в неизменном своем черном камзоле с серебром стоял позади меня. Он поклонился мне, ворота открылись, и мы вышли. Я была неприятно удивлена, что слово секретаря сильнее, чем слово королевы.

– Почему они послушали вас? – спросила все-таки я.

– Меня назначили лордом-канцлером, – спокойно ответил Алессио.

– А что случилось с Валентином Ардо? – поинтересовалась я.

– Ему повезло. Он в темнице.

– В каком смысле повезло? – не поняла я.

Какая связь могла быть между везением и темницей?

Алессио вместо ответа посмотрел вперед, и мне не оставалось ничего другого, как посмотреть туда же. И едва я увидела стены Эмеральда, на которых красовались, как гирлянда, висельники, мне стало нехорошо. В городе стоял шум битвы, то и дело на стене появлялись новые жертвы, многие из них были в белых одеждах. Храмовники.

– Это король приказал?

Внутри все заклокотало. Да как он мог сделать из своих людей палачей?! Умывает руки таким образом?

– Король приказал найти всех, кто говорил против вас, но народ после излечения впал в гнев, и вместо того, чтобы привести виновных на королевский суд, жители Эмеральда устроили самосуд. Король пытается утихомирить их. Он торопится на фронт, но, пока тут все не успокоятся, не может все бросить.

– Пойдем. – Я решительно двинулась к городу. – Это надо остановить. И сейчас же!

– Если вы попадете под горячую руку народа, голова полетит с моих плеч, – попытался остановить меня Алессио.

– Не волнуйся, королю моя смерть не причинит страданий, – усмехнулась я.

Алессио махнул страже, чтобы сопровождала нас, и последовал за мной.

Мы вошли в город, суматоха и суета вокруг действительно пугали. Алессио вытащил меч из ножен и шел возле меня, готовый защищаться, если потребуется.

– Алессио, почему вы послушали меня, а не приказа короля? – запоздало поинтересовалась я.

– Потому что я видел вас в Виссарии, ваше величество. Вы вполне способны решать тяжелые задачи так же, как и король. Но он опасается за вашу жизнь, поэтому не дает возможности действовать.

Народ при виде меня останавливался сам. Я двигалась медленно, потому что нас в любой момент могли снести всадники или бегущие люди, но этого не происходило, все успокаивались.

– Королева! Это королева! – слышалось отовсюду.

Мы прошли довольно приличное расстояние, двигаясь вдоль стен, когда послышались крики торжества и проклятия. Нам навстречу тащили упирающегося Микеле Вислы. На шею ему уже набросили веревку.

– Остановитесь! – приказала я. – Никто не давал вам разрешения устраивать казни без суда!

Толпа стихла не сразу, а постепенно. Пленник поднял голову, посмотрел на меня с ухмылкой.

– Я смотрю, вас отмыли от дерьма, ваше величество. Но его запах будет преследовать вас еще долго…

Наследник Черных Лилий смотрел на меня с ненавистью.

– Этот последний, ваше величество! – крикнул кто-то из толпы. – Все ваши враги повешены!

Довольный вопль пронесся над людьми. В этот момент из-за угла выехал отряд Генриха. Король при виде меня натянул поводья и сделал знак людям остановиться.

– Этот человек будет заключен под стражу, – сказала я. – И над ним будет проведен суд. Нельзя вершить самосуд.