Это было первое, что пришло мне в голову. Говоря, я отступила за колонну, задрапированную белым шелком, скрытую от его взгляда, но так, чтобы все еще видеть его отражение в окне.

– Не прыгайте, – повторила я. – Не может же быть настолько плохо.

Он коротко печально усмехнулся:

– Откуда вам знать.

– О, я знаю, – ответила я, мертвой хваткой сжимая телефон во внезапно вспотевшей руке.

Я поверить не могла, что все это происходит наяву. Я разговаривала – я флиртовала! – с Адрианом Штадтом.

– Вы молодой, красивый, талантливый.

– Лесть, – хмыкнул Адриан.

У него был такой удивительный голос, низкий и теплый. Почему тогда в фильмах он вечно то бубнил, то плакался?

– Но это правда. И вы в чудесном месте, вокруг прекрасная ночь. И звезды.

И опять взрыв горького смеха.

– Звезды, – хмыкнул он. – Сдались мне они.

– Не те звезды, – вернула я смешок. – Посмотрите в окно.

Я следила за его взглядом, пока он делал то, что я говорила.

– Посмотрите вверх. – Он поднял голову. – Видите яркую звезду, справа?

Адриан прищурился:

– Ничего не вижу. Световое загрязнение.

Он отвернулся от окна, разглядывая толпу.

– Где вы?

Я сдала еще дальше за свою колонну. От волнения я сглотнула и услышала, как что-то щелкнуло в горле.

– Хотя бы скажите мне, кто вы?

– Друг.

– Вы в этом зале?

– Может быть.

В голосе Адриана прорезались легкие дразнящие нотки.

– Я могу вас увидеть?

– Нет. Пока нет.

– Почему нет?

– Я стесняюсь, – пробормотала я. – И потом, вам не хотелось бы узнать меня поближе так?

Он улыбнулся. Я видела в стекле, как изогнулись его губы.

– Откуда мне знать, что вы настоящая?

– Ниоткуда, – произнесла я. – Я могу быть выдумкой, плодом вашего воображения.

Адриан быстро обернулся, и на секунду я почувствовала на себе его взгляд. Телефон выпал из руки, я его подхватила, выключила связь и вернула трубку Макси, и все это одним движением, которое, мне бы хотелось так думать, было плавным. Но сомневаюсь.

Телефон тут же зазвонил. Макси откинула крышку:

– Алло?

– Выдумка? Выдумка, это ты?

– Секунду, – решительно сказала Макси и сунула мне телефон обратно.

Я снова спряталась за колонну.

– Определитель номера – это проклятие рода человеческого, – начала я. – Куда делась анонимность?

– Анонимность, – медленно повторил Адриан, словно впервые в жизни произнося это слово.

– Только подумайте, – продолжала я, – о поколении несчастных мальчиков, достигших половой зрелости, которые никогда не смогут позвонить девушкам, в которых влюблены. Только представьте, как они будут страдать.

– А ты забавная.

– Защитная реакция.

– Так я могу тебя увидеть?

Я сжала телефон изо всех сил и молчала.

– Я буду продолжать названивать, пока ты не разрешишь тебя увидеть.

– Зачем? – глупо переспросила я.

– У тебя очень приятный голос. Могу я угостить тебя выпивкой?

– Я не пью, – ответила я.

– Даже когда мучит жажда? – спросил он, и я невольно расхохоталась. – Дай мне на тебя посмотреть.