— Твоя мысль упрощает положение дел, — возразил Аша.

— Она мне подходит, — перебил Амени, — с одной стороны сторонники Рамзеса, с другой — противники.

— Разве последние становятся все более и более многочисленными? — спросил Моисей.

— Моя позиция не изменится.

— Вскоре Рамзес больше не будет нашим другом, а станет Фараоном Египта. Он не будет смотреть на нас такими же глазами.

Слова Моисея посеяли тревогу. Каждый ждал ответа Рамзеса.

— Моисей прав. Выбор судьбы пал на меня, я не буду ее избегать. Я собрал вас, потому что вы мои друзья.

— А какую судьбу готовишь ты нам? — спросил еврей.

— Вы уже выбрали путь; я надеюсь, что наши пути встретятся, и мы будем путешествовать вместе, чтобы сделать Египет еще счастливее..

— Ты знаешь мою позицию, — заявил Сетау, — как только ты будешь коронован, я вернусь к своим змейкам.

— Тем не менее я попытаюсь тебя убедить быть ближе ко мне.

— Защитив тебя, я выполню свою миссию. Моисей будет начальником этого дела, Амени управляющим и Аша шефом дипломатии, да пребудет с нами милость Богов.

— Ты сам формируешь мое правительство? — удивился Рамзес.

Сетау пожал плечами.

— А не попробовать ли нам редчайшего вина, предложенного правителем? — промолвил Аша.

— Да хранят боги Рамзеса и пусть подарят ему жизнь, процветание и здоровье, — заявил Амени.

Шенара не было на корабле правителя, но он имел собственный великолепный корабль, который обслуживали сорок моряков. Будучи начальником протокольного отдела, он пригласил многих почетных лиц, большинство которых не были расположены к Рамзесу. Старший сын Сети остерегался критиков и довольствовался привлечением новых союзников. Молодость и неопытность Рамзеса казались им непреодолимыми препятствиями.

Шенар понял с некоторым удовлетворением, что его замечательная репутация остается безупречной, а брат страдает от сравнения с Сети. Нужно было расширить брешь и использовать малейший повод для ослабления Фараона.

Шенар предложил гостям фрукты и свежее пиво. Его любезность и сдержанная речь нравились придворным, счастливым от возможности обменяться хоть парой слов с великим человеком, брат которого будет обязан отвести ему решающую роль.

В течение целого часа среднего роста человек с маленькой заостренной бородкой, одетый в полосатую цветную тунику, ожидал приглашения войти.

Скромный, очень покорный, он не обнаруживал нервозности.

Во время передышки Шенар подал ему знак приблизиться.

Мужчина почтительно склонился в поклоне.

— Кто ты?

— Мое имя Райя; по происхождению я сириец, но торгую в Египте вот уже многие годы.

— Что ты продаешь?

— Хорошего качества мясные кушанья и красивые вазы, привезенные из Азии.

Шенар нахмурился.

— Вазы?

— Да, господин, великолепные изделия, которые можно найти только у меня.

— Ты знаешь, что я собираю редкие вазы?

— Я узнал об этом недавно, вот почему я хочу их показать, надеюсь, что они вам понравятся.

— Высоки ли цены?

— Это зависит от качества.

Шенар был заинтригован.

— Каковы твои условия?

Из плотного мешка Райя вытащил маленькую узкую вазу из массивного серебра, украшенную пальметтами.

— Что вы думаете по поводу этой, господин?

Шенар был очарован. Пот выступил на его висках, а руки стали влажными.

— Шедевр… Настоящий шедевр. Сколько?

— А не лучше ли сделать подарок будущему повелителю Египта?

Старшему сыну Сети показалось, что он ослышался.