— Огни Кора, парень! Сновидица уже сказала нам, что разбудить Анскиере тебе не под силу. Так зачем надо было сидеть там всю ночь и дуться?

 Джарик напрягся. Таэн ахнула и прикусила костяшки пальцев.

 Не успела она заговорить, как Килмарк повернулся к ней, прищурив полные жадного любопытства глаза.

 — Ах, так ты ему не сказала!

 Таэн покачала головой, с отчаянием чувствуя, что все ее усилия пропали зря. Джарик бросил на нее враждебный взгляд, и девушка тщетно попыталась исправить то, что натворили опрометчивые слова Килмарка:

 — Ты бы все равно не послушал, Джарик! Что тебе ни говори, ты бы все равно поднялся на ледяные скалы, чтобы убедиться во всем самому!

 Но Джарик неправильно ее понял и так сильно сжал подлокотники, что его пальцы на фоне дерева стали ярко-белыми. Дождевая вода, капающая со спутанных от ветра светлых волос, текла по его щекам, по подбородку, на котором только-только начала пробиваться борода. Ему едва исполнилось восемнадцать, и он не был готов к судьбе, доставшейся ему в наследство от Повелителя огня Ивейна. В мгновенном порыве жалости Таэн коснулась разума юноши, стремясь утешить его и успокоить.

 Джарик почувствовал это прикосновение и вздрогнул.

 Обиженная его недоверием Таэн, сознавая, что Килмарк пристально наблюдает за ними, сделала еще одну попытку, но, когда она заговорила, ее голос прозвучал резче, чем она хотела:

 — Джарик, мне не нужно прибегать к магии ваэре, чтобы видеть, как ты мечтаешь освободиться от заклятья Анскиере.

 В этот момент щелкнул засов, и Килмарк мгновенно развернулся к открывшейся двери. Вошедший в комнату седой слуга с подносом, опасаясь вспыльчивого нрава короля, постарался двигаться бесшумно и как можно быстрей. Он поставил свою ношу возле ящика с подковами и начал разливать напиток из резного хрустального графина. Комнату наполнил запах специй и горячего вина.

 Килмарк схватил первый же бокал и протянул его Джарику.

 — Ты промерз до костей, парень. Даже маленькая девочка сейчас сбила бы тебя с ног тряпичной куклой.

 Джарик поднес бокал к губам, с трудом глотнул, на его щеках выступила слабая краска. Килмарк сложил руки на груди, и Таэн почувствовала, как спадает напряжение короля.

 Капитан Корли выдохнул, достал из-за голенища нож и начал ритмично водить лезвием по точильному камню, который откуда ни возьмись оказался в другой его руке.

 Слуга снова взялся за дело, уже не так торопливо, словно его успокоил этот привычный ритуал.

 — Что ж, — сказал Килмарк, прислонившись к столу с картами и оглядывая комнату. — Вот что я предлагаю.

 Тон его голоса, впрочем, говорил: сейчас последует не предложение, а приказ, и Таэн, взяв из рук слуги бокал с подогретым вином, подумала, что никаких возражений король не потерпит. Корли тоже это знал. Сталь тонко скрипела под его рукой, глубоко посаженные светло-карие глаза были полуприкрыты.

 — Моя бригантина «Безлунный» готова к отплытию. Экипаж стоит на якорной вахте. — Килмарк сунул большие пальцы за пояс. — С отливом она выйдет в море под моим флагом и доставит вас обоих на остров ваэре.

 Джарик зажал бокал между колен, поднял голову, и пламя осветило его раскрасневшиеся щеки.

 — Нет.

 Точильный камень Корли с резким звоном ударил по стали, а слуга поспешил выйти из комнаты. Таэн охватил страх. Она с тревогой наблюдала, как правая рука Килмарка, в которой король привык держать меч, напряглась так, что стали расходиться швы манжеты.

 — Я ничего не слышал, парень.

 — Сейчас услышите. — Джарик спокойно поднял голову.