— Это связано с произошедшим в квартале аристократов и стройкой, там сейчас проходящей? Когда его откроют для посещения всем желающим?

— Да, моя занятость напрямую связана с казнями мятежных благородных фамилий и курированием строительства ледяных дворцов. Дата открытия района для посещения общеизвестна, но специально для вас скажу — за четыре дня до нового года.

— Собираетесь ли вы помочь столичному театру в подготовке нового выступления? Ведь эту постановку они, после ваших слов, вряд ли когда-нибудь поставят… — Слова Зонны заставили Астерию смутиться и замешкаться с ответом, но ей на помощь пришёл Элиот, к которому тоже адресовались задаваемые вопросы.

— Если у её высочества принцессы не получится выделить необходимое время для посещения театра и обсуждения постановки, то это дело проконтролирую лично я. Директор Фандол, вы ведь не имеете ничего против?

Последнюю свою фразу Элиот обратил к мужчине, только подошедшему к их не слишком радостной компании, в которой желаемое получала только журналистка.

— Нет-нет, господин защитник, ни в коем случае. Уже одно то, что мы сможем построить сюжет по рассказам участника столь важных для нашего королевства событий — уже великое благо!

— Буду рад с вами поработать, директор Фандол. Мисс Зонна, прошу.

— Кхм… Так… — Журналистка одним глазком взглянула в чуть приоткрытую папку в своих руках. — Ваше высочество, людей очень интересует положение дел на фронте и временные перспективы окончания войны. Так же всем будет интересен ваш комментарий относительно слухов о том, что бессмысленный по своей сути конфликт будет идти вплоть до уничтожения одной из сторон, как это было пятнадцать лет назад…

— Бессмысленный конфликт? — Син Зонна невольно попятилась, когда на щеках принцессы вспыхнули символы Ориона, а по коже пробежала вереница вязи Альмагеста. Элиот на чистых рефлексах схватил Астерию за плечо, и та остановилась, так и не сделав шага вперёд. — Ассасины Арта убили моего отца, попытались убить меня и мою мать. Я выжила только потому, что Элиот был готов умереть за меня. Я больше скажу — он тогда умер, но моя мать смогла вернуть его к жизни, воспользовавшись Дарфайя. Никто из наших врагов не просил пощады и не пытался сдаться — они пришли в самое сердце Констеллы, намереваясь обезглавить её — и захватить. И ты всё ещё считаешь, что эта война — бессмысленна?

— Асти, ты перегибаешь палку. Попытайся успокоиться…

Несмотря на то, что Элиот говорил шёпотом, ответила ему Астерия в полную силу…

— Я перегибаю палку? Нет, Элиот. Я — ничего не перегибаю.

… после чего широкими шагами, бросив тёплую одежду на стойке, направилась к выходу из театра. Элиоту же только и оставалось, что подхватить её вещи и, на ходу извиняющееся кивнув опешившему директору, устремиться следом — он совсем не хотел, чтобы его принцесса заболела перед самым праздником, до которого оставалось всего шесть дней. А королева вернётся, если верить прогнозам и её собственным обещаниям, через три дня — ровно к моменту, когда «Ледяное Царство» будет функционировать уже в течении суток. Этого времени должно быть достаточно, чтобы отшлифовать всё до блеска и исправить проблемы, которые гарантированно вылезут в первые часы, и потому перед королевой Эстильдой столица предстанет в наилучшем виде.

— Или ты сейчас остановишься и оденешься, или я тут что-нибудь сожгу. — Бросил юноша, обогнав Астерию и встав прямо перед ней. Его нисколько не беспокоили взгляды горожан, ведь принцесса всё ещё не успокоилась и не потушила Орион, что явно свидетельствовало о не самом лучшем её состоянии.