— А обо мне ты подумал? Что ты там вообще делал?! — Астерия отпрянула и, уперев руки в боки, попыталась придать лицу грозное выражение. Вышло плохо — и оттого на лице защитника принцессы появилась яркая улыбка.

— Так же, как и с внешним Альмагестом, есть способ быстро создать его внутренний скелет. Это болезненно, но не опасно, если никто со стороны не вмешивается в процесс. — С момента начала образования внутреннего Альмагеста и по момент вмешательства принцессы воспоминания юноши были отрывисты и спутаны, но сейчас он вспомнил попавшуюся ему на глаза бабочку. Не синюю, как у королевы, а ярко-жёлтую, почти золотую… — Ты вызвала фамильяра, верно?

— И хотела тебе его показать. Я ведь не знала…

— Скажи лучше: ты тоже не можешь активировать Альмагест?

— А это здесь нужно? — Девушка присела на корточки и попыталась набрать в ладонь золы, обильно рассыпанной вокруг, но не смогла — её рука просто прошла сквозь землю. — Мы просто наблюдатели. А это…

Астерия замялась, будучи не в состоянии подобрать подходящих слов. Но Элиот и без того понял, что она хочет сказать.

— Да, это моя родная деревня… Была. — Парень грустно улыбнулся. — Как видишь, даже в сердце королевства никто не застрахован от набега монстров.

— Прости, я не хотела будоражить воспоминания…

В ответ Элиот лишь нервно хохотнул — и обвёл руками всё вокруг.

— Ты правда считаешь, что в ТАКОМ месте мои воспоминания будоражат только лишь твои слова?

Тем временем один из рыцарей поднял Элиота-младшего и усадил его на седло перед собой, после чего королева, оставив на руинах с десяток своих солдат, чьей целью стал поиск выживших, — нападавшие на тот момент уже были убиты, — направилась к столице, а картина окружающего мира в который уже раз подёрнулась зыбью.

И с каждой частичкой пространства, встающей на своё место, Элиот всё больше и больше наполнялся ужасом. Ведь и он, и Астерия сейчас стояли в месте, существующем только в прошлом-будущем… и в его воспоминаниях.

— Залп…! — Звонко застрекотали сотни баллист, и смертоносные снаряды, способные насквозь пробить любой доспех, унеслись в сторону сражающихся в низине людей. Стоны раненых, звон мечей и звуки разрушительных заклинаний заставляли дрожать пахнущий кровью, огнём и металлом воздух, в котором, казалось, витала сама смерть.

От созерцания страшной картины Элиот отвлёкся только тогда, когда стоящая рядом принцесса испуганно вцепилась в его руку.

— Где мы?! Что происходит?! И почему здесь мама?!

Юноша дёрнулся, словно от незримой пощёчины, и сфокусировал взгляд сначала на сражающихся, а после — обернулся и посмотрел туда, куда указывала Астерия. Холм, чрезвычайно похожий на тот, на котором в прошлом-будущем его принцесса во главе армии Констеллы приняла свой первый бой с превосходящими силами врага, сейчас был занят совсем другими людьми. Элиот смотрел — и не мог найти ни одного знакомого лица, кроме, пожалуй, королевы Эстильды, которой здесь и сейчас было лет столько же, сколько Астерии — тогда…

— Подозреваю, что это — одно из сражений войны с Гофстникией, государством похожих на людей разумных монстров… — В небе над головами подростков пронеслось множество магических снарядов, вылетевших из-за холмов. Вереница взрывов, вспыхнувших в рядах монстров, хорошо проредила их ряды, превратив сотни и сотни разумных в хорошо прожаренный фарш. — … в которой королева Эстильда заслужила свой титул.