Переставьте формочки на противень и охладите до комнатной температуры. Чтобы извлечь крем из формочек, взрежьте ножом по краям, поднесите тарелку сверху, переверните и аккуратно вытряхните содержимое. Подавайте на стол незамедлительно.

Шарлотта

Август 2008 г

Конвенция по вопросам остеопсатироза, проходящая раз в два года, в 2008 году проходила в Омахе. В гигантском отеле «Хилтон» с конференц‑центром и бассейном собралось более пятисот семидесяти человек, похожих на тебя. В холле, где регистрировались участники, я почувствовала себя великаншей, а ты улыбнулась мне из своего кресла от уха до уха и сказала:

– Мама! Я здесь совсем нормальная.

Мы раньше никогда не ездили на эти конференции, не хватало денег. Шон не ночевал дома уже несколько месяцев, и хотя ты ни разу не спросила, почему, я понимала: ты всё замечаешь, но не хочешь слышать ответ. И я, если честно, тоже не хотела. Ни я, ни Шон не употребляли слово «развод», но факт остается фактом, даже если не называть вещи своими именами. Иногда я ловила себя на мысли: а что Шону хотелось бы на ужин? Или хватала трубку, чтобы позвонить ему на мобильный, но вовремя одумывалась. Когда он навещал тебя, ты ужасно радовалась. Я хотела, чтобы ты радовалась и другим вещам. Поэтому, когда мне на почту пришла реклама этой конвенции, я поняла: вот она, идеальная награда.

Теперь же, видя, каким зачарованным взглядом ты провожаешь своих ровесниц в инвалидных креслах, я поняла, что нужно было сделать это раньше. Даже Амелия не отпускала никаких язвительных комментариев – просто глазела на людей в креслах, на ходунках или даже на своих двоих, приветствующих друг друга, словно родственники после долгой разлуки. Девочки – и похожие на Амелию, и приземистые, как ты, – фотографировались на фотоаппараты «мыльницы». Мальчики того же возраста захватывали лифты, обмениваясь опытом по спуску и подъему в инвалидном кресле.

Маленькая девочка с черными локонами подошла к тебе, позвякивая скобками на ногах.

– Ты новенькая, – сказала она. – Как тебя зовут?

– Уиллоу.

– А меня – Найам. Странное, конечно, имя: как будто должна быть буква «в», а ее нет. У тебя тоже странное имя. – Она посмотрела на Амелию. – А это твоя сестра? У нее тоже ОП?

– Нет.

– Ну что же, сама виновата. Самые лучшие развлечения устраивают для детей вроде нас.

За три выходных дня нам предстояло посетить сорок лекций на темы вроде «Планируем финансирование для детей с особенными нуждами», «Учимся составлять индивидуальный учебный план» и «Обратимся к врачу». У тебя была своя программа в «Детском клубе»: всевозможные ремесла, «охота за сокровищами», плавание, соревнования по видеоиграм, уроки самостоятельности и повышения самооценки. Мне вовсе не хотелось расставаться с тобой на целый день, но на каждом мероприятии присутствовали специально обученные медсестры. Детей с ОП ожидала «Ночь игр» и «Приключения Костлявого Мальчика и Молочницы». Даже Амелия могла ходить на семинары для братьев и сестер, не пораженных недугом.

– Найам, вот ты где! – Девочка‑подросток, на вид – ровесница Амелии, подошла к нам в окружении детворы. – Нельзя же просто взять и убежать. А как зовут твою новую подружку?

– Уиллоу.

Девочка присела на корточки, чтобы ваши глаза были на одном уровне.

– Очень приятно, Уиллоу. Мы тут в лобби играем в карты, не хочешь присоединиться?

– Можно? – спросила ты.

– Если будешь осторожно себя вести. Амелия, отвези ее…

– Я помогу.

Какой‑то мальчик отделился от толпы и взялся за ручки твоего кресла.