- Ну сам посмотри, - я вздохнул, - что из этого может получиться. Шестнадцать гномов и… - я осёкся, понимая, что чуть не сказал бестактность.

- И черноснежка! – всё-таки вставил кто-то из спецназа; остальные заржали.

Я посмотрел на Таис; та явно не была склонна воспринимать происходящее слишком серьёзно: девушка смеялась вместе со всеми. Только Кай недоумённо хлопал глазами.

- И ещё один аргумент, - продолжал я, когда все успокоились, - самый главный для меня. Я не люблю проигрывать! А вы?

4

На первый взгляд, задача выглядела довольно простой. Всего-то и надо, чтобы несколько спор оказались на главном корабле одноклеточных. Но на практике реализовать это было очень и очень затруднительно.

У одноклеточных была очень продвинутая система безопасности, практически, полностью отсекающая их от биосферы земли. Скафандры, в которых они изредка показывались на поверхности, были полностью изолированными. Воздух для атмосферных шлюзов полностью возвращался в среду, а сами шлюзы были трёхуровневыми, с полным обеззараживанием и молекулярными фильтрами. Плюс такая же система, если не более продвинутая, защищала внутренности материнского корабля при стыковке с челноком, вернувшимся с поверхности.

С чем была связана такая параноидальная защита, это отдельный большой вопрос. Вполне вероятно, они уже сталкивались с чем-то подобным Гайе. А, может, просто боялись какой-нибудь экзотической заразы… что, впрочем, было довольно странно, учитывая почти полную биологическую несовместимость их вида и биосферы Земли.

Мы анализировали самые разные возможности: захват наземной базы, пленение пришельца, установление над ним контроля (при этом Гайя не давала гарантии, что это удастся сделать), вариант с «троянским конём», имитацией ценного артефакта на поверхности. Но в каждом из этих случаев мы не могли добиться главного: гарантированно получить доступ к основному компьютеру на борту материнского корабля.

Поэтому, в итоге, остановились на самом простом и очевидном плане: созданию аварийной ситуации с нарушением целостности обшивки корабля.

При этом сами себя, конечно же, мы обнаруживать не планировали. Так что оставалось задействовать ударные силы «моллюсков», предварительно взяв под контроль часть из них, разумеется.

Колонисты «моллюсков» упорно держали несколько форпостов на поверхности, с переменным успехом отбиваясь от атак одноклеточных. Тот взрыв, который мы видели, был уничтожением одной из таких баз. По какой-то причине их система ПРО пропустила один из зарядов, что закончилось полным уничтожением форпоста.

Точнее, почти полным. Кое-что в подземных бункерах уцелело, в том числе оборудование и коды доступа в единые сети, которые Гайе удалось считать.

Спецназ предполагалось задействовать только на первом этапе операции. В его задачу входило скрытное проникновение на базу с дальнейшим выходом в ангар, где хранились атмосферные истребители, и обеспечение доступа Гайи к электронным мозгам этих машин. Дальше – отход и возвращение на челнок.

В тот момент, когда Гайе удастся засечь местоположение главного корабля одноклеточных, она должна была активировать дистанционное управление одним из истребителей «моллюсков», и вывести его в атмосферу, на удаление в пару сотен километров от базы, в заранее оговоренную точку.

Дальше был мой выход. Гайя формировала вокруг истребителя монолитный кокон, и я, с помощью своего тюрвинга, перемещал его в непосредственную близость к материнскому кораблю одноклеточных таким образом, чтобы его оборонительные средства не имели никаких шансов отреагировать вовремя и предотвратить таран.

С точки зрения одноклеточных вся операция выглядела так, как будто у «моллюсков» вдруг появились продвинутые средства маскировки, которые позволили атаковать их главный корабль.