— Я, — наконец, говорит он сквозь стиснутые зубы.  — Я — твои гребаные связи, слышишь меня? Никто больше. И если я узнаю, что кто-то из этих ублюдков предложил

тебя подобное, то, клянусь...

Не знаю, что вело меня в этот момент, может эмоции, которые я сдерживала весь день, может, временное помутнение рассудка, или просто облегчение от того, что кто-то готов

прикрыть мою спину. Но не важно, в чем причина, мой мозг отключился, и я поднимаю

голову с подушки и целую парня. Не позволяю себе думать. Просто чувствую, разрешая

себе  остаться  в  моменте,  пока  язык  Гевина  дразнит  мой  с  нежностью,  о  которой  я  и  не

подозревала.

Ожидала, что он будет  требовать, доминировать.

Я не могу сдержать стон от нахлынувших ощущений. Мы кусаем и сосем губы друг

друга, как будто не в состоянии насытиться. Затем Гевин просовывает свою сильную ногу

между моих, и я счастлива раздвинуть свои шире. Стискиваю колени, когда он прижимается

членом к мокрому месту на моих трусиках.

— Бл*дь, — говорит он, покрывая поцелуями мои шею и ключицу. — Я уже чувствую

твое возбуждение.

Как  будто  читая  мои  мысли,  Гевин  отодвигает  пальцами  чашечку  моего  лифчика, затем  сдергивая  вниз,  пока  трется  своим  членом  о  мои  трусики,  отчего  я  извиваюсь  и

возбуждаюсь еще сильнее.

Но этого недостаточно.

Мне нужно больше.

И прямо сейчас.

— Гевин, — хнычу, запуская пальцы в его волосы, и отрываю его голову от своих

сосков. — Пожалуйста.

— О чем ты просишь, Пенелопа? — и снова мы вернулись к именам. — Скажи, чего

ты хочешь.

— Трахни меня, — стону, приподнимая бедра, навстречу к его. — Я хочу, чтобы ты

трахнул меня.

— Хочешь, чтобы я проскользнул через твои мокрые складочки? — он продолжает

дразнить, сводя с ума. — Скажи, что хочешь мой твердый член внутри себя, и я дам тебе

то, чего ты хочешь.

—  Я  хочу  этого,  —  я  задыхаюсь.  —  Хочу  твой  твердый  член  в  себе,  Гевин.

Пожалуйста.

Вес его тела исчезает, быстро сменяя холодным воздухом, и я хнычу из-за ощущения

потери. Слышу, как Гевин открывает ящик тумбочки и шарится в ней. Секунду спустя, он

возвращается,  снова  нависая  надо  мной,  с  зажатым  между  зубами  пакетиком  из  фольги.

Мой  взгляд  прикован  к  эрекции,  выпирающей  из  его  трусов,  пока  он  не  приказывает

хрипло:

— Позаботься о нем, Пенелопа.

Не споря, я вытягиваю руку и стягиваю пальцами материал трусов, освобождая его

член. Ахаю при виде его: длинный, массивный и с капелькой предэякулята на головке.

Без задней мысли приподнимаюсь и, обхватывая пальцами член, слизываю капельку, внезапно  желая  большего.  Открываю  рот,  чтобы  принять  член  Гевина,  когда  он

отстраняется.

— Несмотря на то, что я умираю от желания ощутить твои губы на моем члене, мне

нужно оказаться внутри тебя, детка. Прямо сейчас.

Комбинация страсти в выражении его лица и в голосе вызывает  волну мурашек по

моему телу, пока он быстро раскатывает презерватив по члену. Сразу же после этого Гевин

толкает  меня на кровать, располагает  член  у  моего влагалища и входит.