Лили нежно погладила его по спине.

– Ты принимаешь какие-то лекарства? – спросила она.

– Нет.

– Переутомился?

– Не думаю. Я, конечно, работаю физически, но уже привыкаю, да и работа не такая уж тяжелая. Думаю, тут все вместе. Я выхожу из депрессии и сильного чувства одиночества, я прибыл не в лучшем виде, а тут еще безлюдный лыжный курорт – все вместе немного выбило меня из колеи.

– Хочешь посоветоваться с врачом? Я знаю хорошего в Мондофене…

– Если нет, у меня есть немного ксанакса, – призналась Джина. – Донормил, если хочешь спать как убитый, или лексо[34], чтобы сразу вырубиться, я прихватила с собой целую походную аптечку.

– Нет. Я хочу разобраться, что со мной, раз и навсегда закрыть главу «странные явления» и начать с чистого листа. Я чувствую, что мне это необходимо. Нужно избавиться от всего патологического и сконцентрироваться на том нормальном, что останется.

Догадываясь, что у него уже есть свой план, Лили спросила:

– Ты меня пугаешь. Что ты хочешь сделать?

– Ядро всего этого – Люциен Страфа и его особняк.

– Логово вампира, – заметила Джина, которая сейчас относилась к происходящему не так трагически, как обычно.

Она допила свое пиво и пошла за новой бутылкой.

– Ты собираешься к нему в гости? – догадалась Лили.

Он посмотрел на них и кивнул:

– Скажу ему, что хотел представиться, только и всего. Что со мной может случиться? Не уволит же меня Деприжан за то, что я пошел поприветствовать «хозяина»!

Юго пальцами изобразил в воздухе кавычки. Джина подняла свою бутылку:

– Если ты думаешь, что это пойдет тебе на пользу, – вперед! Только без меня. Мне вполне достаточно того, что вы о нем рассказали. Жуткий тип, а от его берлоги у меня и так мороз по коже.

Лили не разделяла ее мнения:

– Юго, Страфа – это здесь отдельный сюжет. Я не знаю…

– Я проанализировал проблему со всех сторон и убежден, что это то, что мне нужно. Я встречусь со стариканом, увижу, что все нормально, и мое наделенное богатым воображением подсознание заткнется раз и навсегда.

– Он не просто старик в своей усадьбе, – настаивала Лили. – Для некоторых Страфа – кто-то вроде полубога. Нельзя заходить без разрешения на его территорию. Нельзя его беспокоить. Они возмутятся и возненавидят тебя. Это как если бы ты вломился в семейный дом невесты и в первый же вечер нарушил их вековые традиции. Я понимаю, что это смешно, но это их дом.

– А кто сказал, что они должны об этом узнать?

Джина сделала еще глоток и повернулась к Лили:

– Если он уверен, что это поможет, то почему бы и нет? Хочу поиграть в бильярд, вы будете?

Лили внимательно смотрела на Юго:

– Ты плохо выглядишь. Тебе стоит взять у Джины таблетку и выспаться.

– Я бы предпочел не отравлять мою и без того чугунную башку химическим дерьмом.

Уже изрядно набравшаяся Джина сорвала чехол с бильярдного стола и едва удержалась на ногах.

Лили нежно погладила Юго по бедру:

– В любом случае знай, что ты здесь не один. Если взгрустнется, приходи к нам.

– Я даже не знаю, где ваши квартиры.

Лили улыбнулась, и ее глаза заблестели.

– Я же сразу сказала, если найдешь – узнаешь, но если будешь себя хорошо вести, я подскажу.

Она подмигнула ему и поднесла бутылку к губам, а затем добавила, указывая на подругу, которая склонилась над бильярдом, готовясь нанести удар:

– Напишешь про нее производителям «Десперадос», они дадут нам скидку.

– Я слышу, что ты говоришь, зараза! Черт! Из-за вас промазала…

Юго веселился, наблюдая за их перепалкой, наслаждаясь каждой минутой.