— Ситуация неприятная, — начал я без предисловий. — Под нами Кощей, с севера идёт армия Бездушных. Варианты?

— Атаковать в шахте, — предложил криомант Марков из Северных Волков. — Пока он не вышел на поверхность.

— Нельзя, — покачала головой Василиса. — Любая серьёзная битва там обрушит выработки. Месторождение будет погребено под сотнями тонн породы. На раскопки уйдут годы.

— К тому же, — добавил я, — в замкнутом пространстве шахты он имеет преимущество. Некуда отступать, негде маневрировать. Это будет бойня.

— Тогда ждём, пока вылезет? — скептически спросила Ярослава.

— Не ждём, а выманиваем, — поправил я. — Нужна приманка. Что-то, что заставит его покинуть убежище. И, кажется, у меня есть идея… Вот как мы поступим…

Глава 2

По улицам Угрюма катилась волна смятения. Слухи множились и раздувались с каждым пересказом — три тысячи Бездушных превращались в тридцать, один Кощей становился целым десятком, а шахта якобы провалилась прямо в преисподнюю. Люди метались между домами, хватая друг друга за рукава и шёпотом делясь новыми ужасами. В воздухе висело ощущение конца света.

Гаврила стоял посреди улицы, сжимая в потной ладони монеты. Молодой охотник долго колебался, переминался с ноги на ногу, но страх смерти оказался сильнее гордости. Он решительно направился к Борису, отдающему команды посреди улицы.

— Борис! — окликнул он командира дружины, который как раз отправлял посыльного на южную сторону острога. — Я тут… В общем, держи.

Гаврила протянул три рубля. Командир удивлённо поднял брови:

— Это ещё что?

— Долг. За карты, помнишь? Год назад, на Новый Год. Я тогда проигрался в дым, обещал через неделю вернуть, да… — парень покраснел. — Не хочу помирать должником.

Борис взял деньги, повертел в руках, словно не веря своим глазам. Потом его словно осенило. Он резко развернулся и зашагал к соседней улице:

— Силантий! Силантий, погоди!

Хромающий охотник обернулся. Борис догнал его и, перетряхнув свои карманы, сунул тому в руку пять рублей:

— Держи. За ружьё твоё, что сломал на охоте прошлой зимой. Помнишь, на кабана ходили? Я тогда наобещал новое купить, да всё руки не доходили.

Силантий ошарашенно смотрел на деньги. Потом кивнул, принимая, и тут же полез в свой кошель:

— Раз такое дело… Михей! Эй, Михей!

Плотник высунулся из-за угла амбара, где прятал какие-то инструменты. Силантий прихромал к нему:

— На, возьми четыре рубля. На свадьбу сына занимал, помнишь? Два месяца уже прошло, а я всё тянул.

Михей принял деньги с благодарностью, пересчитал и вдруг крикнул:

— Гаврила! Гаврила, постой!

Молодой охотник, уже направлявшийся к казармам, остановился. Плотник подбежал к нему:

— Слушай, я тут подумал… Полтора рубля за крышу-то твою не надо. Я тогда накрутил цену, потому что злой был. Ты меня на празднике случайно толкнул, я пиво пролил, вот и решил отыграться. Прости, парень. Долг твой списываю.

Эта сцена словно открыла шлюзы. По всему острогу началось движение — люди бегали от дома к дому, передавая из рук в руки деньги, вещи, инструменты.

У кузницы Фрол стоял с топором в руках, неловко протягивая его соседу:

— Вот, Семён, забирай. Три месяца назад на денёк одолжил, да так и держу. Прости, совсем из головы вылетело.

Сосед взял топор, осмотрел лезвие и усмехнулся:

— Так ты его ещё и наточил! Спасибо, братец.

У барака переселенцев двое мужчин стояли друг напротив друга, сжимая кулаки. Ещё минуту назад они были готовы снова подраться, как три месяца назад, когда не поделили верхнее место на нарах.