Амбициозно. Но именно такая сеть нужна для защиты интересов княжества.

— Функциональное разделение, — Родион перевернул страницу. — Пять управлений. Первое — внешняя разведка. Сбор информации о других княжествах: политика, армия, экономика, наука. Промышленный шпионаж, вербовка агентов за границей, подрыв репутации врагов, внешняя пропаганда.

Он говорил чётко, как военный на докладе. Видно, что план продуман до мелочей.

— Второе управление — контрразведка, — продолжил разведчик. — Поиск шпионов внутри княжества, защита от внедрения, проверка чиновников и бояр, ложные слухи, внутренняя пропаганда. Третье — аналитика. Обработка информации, прогнозирование, стратегическое планирование. Четвёртое — техническое. Маги-криптографы, мастера артефактов, ретрансляторы и системы связи. Пятое — активные операции. Диверсии, ликвидации, саботаж на территории врага.

Я откинулся на спинку кресла. План масштабный, но логичный. Разделение функций повысит эффективность и снизит риски.

— Кадровая политика, — Коршунов не останавливался. — Избавиться от балласта, коррупционеров, агентов влияния. Набрать молодых амбициозных профессионалов, людей, пострадавших от старого режима, моих людей из Угрюма, специалистов из других княжеств через вербовку. Создать школу агентов в Угрюме. Курсы повышения квалификации, специализация.

— Финансирование? — спросил я.

— Потребуется увеличить бюджет вдвое, — Родион назвал цифру. — Благо, деньги после борьбы с коррупцией есть. Премии за результаты. Качественная информация — хорошая оплата. Убрать откаты и серые схемы.

Я кивнул. Разведка не должна экономить на мелочах. Хороший агент стоит дорого, но окупается сторицей.

— Методы работы, — начальник разведки перешёл к следующему разделу. — Ячеистая структура — один агент не знает других. Система «закладок» вместо личных встреч. Шифрование всех магофонных разговоров, ретрансляторы для рассеивания следа, регулярная смена явок. Вербовка целенаправленная — деньги, месть, идеология, шантаж. Легенды — торговцы, ремесленники, студенты, слуги в боярских домах, чиновники.

Я поднял руку, останавливая Коршунова:

— Погоди. Прежде чем продолжим, нужно установить чёткие этические границы. Я не хочу, чтобы разведка превратилась в карательную машину, творящую произвол.

Родион замер, внимательно глядя на меня. Я встал, прошёлся по кабинету, собираясь с мыслями.

— Разрешено, — начал я твёрдо, перечисляя по пунктам. — Слежка, прослушка, вербовка через деньги и идеологию, кража документов, саботаж военных объектов противника, ликвидации врагов, шантаж. Это инструменты разведки. Без них работать невозможно.

Коршунов кивнул, доставая блокнот и быстро записывая.

— Запрещено, — я повернулся к нему, глядя в глаза. — Арест и допрос граждан своего княжества без доказательств. Пытки подданых княжества. Убийства ради личной выгоды. Фабрикация дел против невиновных. Это не обсуждается. Нарушишь — отвечать будешь лично передо мной.

Начальник разведки выпрямился:

— Понял. Что-то ещё?

— Да, серая зона, — я вернулся к столу, — только с моего личного разрешения. «Расширенные» методы допроса пойманных шпионов. Исключение одно — неминуемая смерть большого количества гражданских на территории княжества.