— И то верно, — кивнул я. — Собираем все боевые трофеи и уходим.

Мы начали методично обыскивать тела — времени оставалось мало.

— Воевода, смотрите, — Гаврила указал на странный браслет с тусклым багровым кристаллом на запястье убитого мной охранника. — Вроде артефакт какой-то.

Я стянул вещицу и провёл пальцем по холодному металлу, ощущая скрытую в нём магию. Предназначение этой бижутерии мне довелось увидеть своими глазами — она создавала щит на запястье, способный отразить удар. Правда, требовала подзарядки, поскольку количество вложенной в артефакт энергии зависело от размера кристалла Эссенции.

— Неплохая находка. Бери остальное оружие.

Фёдот уже собирал огнестрел — три пистолета охранников и две дорогие снайперские винтовки с оптическим прицелом и глушителями. Не сравнить с той рухлядью, что имелась в Угрюмихе.

Сам я занялся телами магов-близнецов.

Первым делом подобрал пару металлических жезлов длинной чуть меньше локтя с эссенцией в рукояти — именно их Влад окутал льдом, превратив в клинки. Ценная добыча — жезлы служат магам усилителями и фокусировщиками силы, позволяя значительно экономить энергию при колдовстве, точнее направлять заклинания и увеличивать их мощь.

Хороший жезл для мага — как хороший клинок для воина, продолжение его тела и воли. Эти были водного типа с сапфировыми кристаллами в основании — идеальны для манипуляций стихией воды и льда, что и продемонстрировал покойный маг в нашей схватке. В умелых руках такой инструмент позволяет превращать простую влагу в смертоносное оружие, а в паре они стоят не меньше четырёхсот рублей.

Снял с него же и перстень с родовым гербом — знак принадлежности к высшей аристократии. Такие вещи могли рассказать полиции многое о личности убитых, а я хотел затруднить их опознание.

Интересно, а где находится моё кольцо?..

Взял также один магофон — дорогой, последней модели. Второй — Георгия — повредило взрывом.

Я оглянулся на связанного по рукам снайпера, которого обезвредил Фёдот. Его товарищ с изувеченной рукой лежал без сознания рядом.

— Забираем их с собой, — произнёс я. — Быстрее, скоро здесь будет полиция.

Каждый из охотников закинул по пленнику на плечо, и мы быстро покинули лесопилку. Двигаться решили по городским предместьям, забирая в лес, и через двадцать минут плутания вышли к заброшенному охотничьему домику.

— Приведите их в чувство, — приказал я, кивнув на пленников.

Фёдот без лишних слов плеснул воду из фляги в лица бойцов. Снайпер очнулся первым — щуплый мужчина с тонкими усиками и испуганными глазами. Второму бойцу, крепкому коротышке с залысинами и обрубком правой кисти, пришлось зарядить крепкую пощёчину, и лишь тогда он распахнул глаза с глухим стоном.

— Кто вас нанял? — спросил я, присев на корточки перед снайпером.

Этот вопрос был самым простым способом проверить искренность пленников, ведь я уже знал правду.

— Я… я просто выполнял приказ, — пролепетал он. — Воронцовы платили нам. Мы не знали…

— А кто, в свою очередь, нанял Воронцовых? — уточнил я, глядя прямо в его расширенные от страха зрачки.

— Не знаю, — отвёл глаза противник.

— Лжёшь, — оборвал я его. — Вы знали, что работаете на графиню Белозёрову.

Второй боец замотал головой, зажимая культю перебинтованной рукой:

— Мы просто охрана, господин, клянусь!

— А старика вы не охраняли? — я надавил сильнее. — Игнатия Платонова?

Они переглянулись, и я понял, что попал в точку.

— Говори, или лишишься не только пальцев, — холодно предупредил я, вытягивая из петель брюк гибкий меч.