— Думаю, на этом закончим, — сказал я, складывая карты. — Каждый знает свои задачи. Через неделю…

Стук в дверь прервал мою речь. Захар поспешил открыть, и через мгновение вернулся с растерянным выражением лица.

— Барин, там… машина какая-то приехала. Встала за околицей.

Глава 5

Автомобиль в этих краях был настоящей диковинкой. Техника стоимостью в небольшую деревню редко забиралась в такую глушь без веской причины. Я быстро прикинул возможные варианты — от очередной каверзы князя Веретинского до прибытия неизвестных гостей с неясными намерениями.

— Пойдём посмотрим, — решительно произнёс я, направляясь к выходу.

Игнатий, Борис, Василиса и Полина последовали за мной. Захар, семеня рядом, пытался подробнее описать увиденное.

— Не из дорогих машина-то, барин, — тараторил он, дёргая свою жиденькую бородёнку. — Простенькая, кабы не сказать потрёпанная. И люди… один вроде как невзрачный, а другой… такой огромный, что в дверь еле пролезет!

Мы быстро пересекли деревенскую площадь, привлекая внимание немногочисленных жителей, которые, заметив нашу целеустремлённую процессию, бросали свои дела и присоединялись к нам, соблюдая почтительное расстояние.

За деревянными воротами действительно стоял автомобиль — старый, видавший виды «Волгарь», когда-то чудо автомобильной техники, а сейчас — рабочая лошадка. Однако куда больше моё внимание привлекли две фигуры, стоявшие рядом. Одна из них… я невольно замедлил шаг, оценивая габариты высокого мужчины.

Это был настоящий исполин — под два метра ростом, с плечами, которые, казалось, могли с лёгкостью выдержать вес целого дома. Его густая русая борода аккуратно обрамляла массивное лицо с удивительно мягкими чертами и добрыми голубыми глазами. Одет он был в чёрное облачение священника, что сразу навело меня на мысль о причине появления этого человека в деревне.

Похоже, епископ Троице-Сергиевой лавры оперативно одобрил моё прошение.

Стоящий рядом с великаном второй человек, сухощавый мужчина средних лет в чёрном одеянии, выглядел как тщедушный подросток.

— Приветствую вас в Угрюмихе, — я подошёл первым, слегка склонив голову в знак уважения к духовному сану. — Боярин Прохор Платонов, воевода.

— Благослови вас Господь, — голос великана оказался неожиданно мягким и мелодичным, совершенно не соответствующим его богатырскому облику. — Я иерей Макарий, прислан к вам епископом Феофаном из Троице-Сергиевой лавры по вашему прошению. А это, — он указал на своего спутника, — брат Антоний, помощник, которому поручено помочь мне обустроиться и доложить епископу о здешних условиях.

— Рад, что наше прошение было услышано так быстро, — я искренне удивился оперативности церковного ведомства. — Признаться, не ожидал.

— Епископ Феофан очень внимательно отнёсся к просьбе воеводы, очистившего Мещёрское капище от бесовских отродий, — с лёгкой улыбкой ответил отец Макарий, поглаживая свою бороду огромной ладонью. — Весть о вашем подвиге дошла и до нас.

Скорее уж к просьбе князя Оболенского.

— Отрадно слышать, — кивнул я. — Позвольте показать вам деревню и место, где вы сможете обосноваться.

Пока мы шли по главной улице, я украдкой изучал нашего нового священника. Несмотря на внушительные размеры, он шагал с удивительной грацией, словно большой медведь, привыкший контролировать каждое своё движение. В его манере держаться чувствовались внутренняя сила и уверенность человека, твёрдо знающего своё предназначение.

— У нас есть пустующий дом в хорошем состоянии, — я указал на добротную избу у восточного края деревни.