Священник в Угрюмихе — ещё один шаг к становлению настоящего острога. Теперь жители этих мест смогут получить и требуемые обряды и найти духовное утешение. Ещё в моём прежнем мире я понял, как важно иметь что-то незыблемое, объединяющее людей в общину.

Своими глазами я видел, как на земли Руси приходили первые христианские проповедники из далёкой Византии. Помню, как некоторые из моих военачальников горячо убеждали меня не допускать распространения новой веры, отстаивать древние обычаи и поклонение северным или же местным славянским богам. Но даже тогда я понимал — боги не воюют между собой так, как люди. В каждой вере есть своя мудрость и свой путь к истине. Я не мешал тем, кто хотел следовать учению Христа, как не мешал и тем, кто по-прежнему чтил Всеотца Одина, Перуна или Сварога. Мудрый правитель ценит не столько форму веры, сколько то, как она преображает души людей.

Здесь, в этом новом для меня мире, я придерживаюсь того же принципа. Вера — это внутренний свет человека, и неважно, какой именно обряд зажигает этот свет. Для жителей Угрюмихи церковь станет не просто местом молитвы, но и символом стабильности, обещанием, что жизнь продолжается даже среди опасностей Пограничья. Отец Макарий, со своей мудростью и силой, словно воплощает этот парадокс — смирение и мощь, мягкость и твёрдость — всё в одном человеке. Такие люди нужны, чтобы строить будущее, неважно, каким богам они служат.

После визита Макария мы с Василисой и Полиной отправились в дом Зарецких. Александр полностью освоился на новом месте, превратив заднюю комнату в настоящую алхимическую лабораторию. Помещение наполнял специфический запах: смесь трав, химических реактивов и ещё чего-то неопределимого. На деревянных стеллажах вдоль стен ровными рядами стояли колбы, реторты и стеклянные сосуды разных форм и размеров.

Сам алхимик встретил нас в длинном кожаном фартуке, надетом поверх рубашки. Его светло-русые волосы были собраны в небрежный хвост, а на щеках выделялась юношеская щетина. Руки молодого человека покрывали разноцветные пятна от реагентов.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель, — Александр широким жестом обвёл рукой помещение. — Спасибо, что выделили такое просторное место для работы. Я как раз собирался позвать вас, чтобы доказать, что моё мастерство не пустая похвальба.

— Отличный момент для визита, — кивнул я, проходя внутрь. — Что именно ты хочешь продемонстрировать?

— Синтез Эссенции.

— Интересно взглянуть на твою методику, — с ехидной улыбкой протянула Василиса, будто подначивая его.

Тот вспыхнул, но смолчал, хотя далось ему это нелегко.

Девушки с любопытством рассматривали многочисленные приборы и материалы. Особенно заинтересовал их стеклянный шар на массивной подставке — внутри него клубился разноцветный туман.

— Это аналитический сканер, — пояснил Зарецкий, заметив их интерес. — Позволяет определять чистоту кристаллов перед синтезом. Самодельный, — не без гордости добавил он.

— Впечатляет, — Голицына осторожно коснулась стеклянного шара. — В академии, насколько мне известно, подобные приборы были только у преподавателей. А ты говоришь, самодельный?

— Когда нет денег на покупку официального оборудования, приходится импровизировать, — пожал плечами Александр. — Для синтеза Эссенции критична чистота исходных кристаллов.

— Расскажи подробнее о твоей методике, — я подошёл ближе, разглядывая инструменты на столе.

Мне хотелось проверить, насколько он понимает теорию. Зарецкий заметно оживился — похоже, я затронул его любимую тему.

— Существует три основных метода синтеза, — начал он, поднимая один из малых кристаллов. — Простое слияние — объединение двух-трёх кристаллов одного оттенка. Доступно Подмастерью, потери энергии до десяти процентов, низкий риск неудачи.