— Но ведь ты не Мастер, — нахмурилась Василиса. — Как тебе тогда удаётся проводить комплексное слияние?

— Потому что я день и ночь нарабатывал навыки, пока другие знатные маги кутили, — усмехнулся Александр. — Я понимал, что мой единственный шанс добиться лучшей жизни для себя и своей семьи — это алхимия. То, в чём я хорош. Поэтому и штудировал книги, пока перед глазами не начинали плясать мушки.

— А какие риски сопровождают процесс? — поинтересовался я.

— О, их немало, — парень стал серьёзнее. — Нестабильность полученного кристалла, потеря большей части энергии, взрыв при неудачном синтезе… Был один случай в Муроме, неопытный алхимик пытался провести разноцветное слияние. Два дома выгорело.

— Ужасно… — прошептала Полина, прижав руки к груди.

— Поэтому необходимы определённые условия, — продолжил Александр, указывая на странное металлическое кольцо, опоясывающее рабочий стол. — Защитный контур, специальное оборудование, стабильная температура, отсутствие магических помех.

— Зачем вообще нужен синтез? — спросила Василиса, кинув на меня внимательный взгляд. — Почему бы просто не использовать кристаллы в том виде, в каком они добываются?

— Экономическая выгода, прежде всего, — Александр взял в руки крупный кристалл с полки. — Стоимость синтезированного кристалла обычно значительно выше суммы стоимости исходных. Плюс возможность создания мощных источников энергии для артефактов, получение редких комбинаций свойств, усиление слабых кристаллов, стабилизация нестабильных.

— Артефакторы платят больше за синтезированные кристаллы? — уточнила Полина.

— Разумеется, — кивнул алхимик. — Они чище, стабильнее и содержат больше энергии при том же объёме. Идеальны для создания сложных артефактов.

— Как проходит сам процесс? — я обвёл взглядом многочисленные инструменты и реагенты на столе.

Ответ мне был хорошо известен. Не раз видел, как Трувор проводил подобные манипуляции.

— Пять основных этапов, — Зарецкий начал загибать пальцы. — Подготовка кристаллов — очистка. Затем создание резонанса между ними — самый ответственный момент. Далее постепенное слияние энергетических структур, стабилизация полученного кристалла и закрепление результата.

— Звучит сложно… — надув губки, заметила Белозёрова.

— Потому что это действительно сложно, — усмехнулся Александр. — Требуются точный контроль энергии, понимание структуры кристаллов, опыт работы с Эссенцией, устойчивость к магическому истощению и способность чувствовать резонансы. Последнее, кстати, не поддаётся обучению — либо чувствуешь, либо нет.

— И ты всё это можешь? — в голосе Голицыной звучало недоверие.

— Могу, — просто ответил Зарецкий. — Иначе не занял бы второе место на весеннем конкурсе алхимиков, обойдя десятки аристократов. И занял бы первое, если бы родители победителя не были добрыми друзьями декана. А теперь давайте перейдём от теории к практике?

Он подвёл нас к рабочему столу, где в специальных углублениях лежали восемь кристаллов: три малых и пять средних. Их он ещё вчера вечером попросил у меня выделить для дела. Рядом стояли чаша из тёмного металла и несколько флаконов с цветными жидкостями.