— Понимаю, что в это трудно поверить. И не настаиваю, в общем-то — не хочешь, не верь. Но в моей жизни романтический период закончился давно. При условии, что вообще начинался… Я — не из тех, кто готов четыре часа кряду таращиться на луну ради того, чтобы на пятом часу получить мимолетный поцелуй. И шампанское я не люблю, в такую погоду предпочёл бы что-нибудь покрепче. Так что — спасибо за предложение, но я намерен отправиться в корпус и лечь спать. Завтра в семь часов меня поднимут на зарядку.

Федот покачал головой. Задумчиво глядя на меня, пробормотал:

— А вы непросты, ваше сиятельство. Ох, как непросты…

— А ты только сейчас это понял? — хмыкнул я. — Всё, Федот. Бывай. — Хлопнул его по плечу.

Мы пожали друг другу руки. Я развернулся и пошёл в корпус.

Но лечь спать, как планировал, не получилось.

Фонари освещали только главный вход в жилой корпус, и горели они неярко. Крыльцо чёрного хода не освещалось. Другой человек, не обладающий моим зрением, вряд ли сумел бы что-то заметить. Я же замер, прильнув спиной к древесному стволу, раньше, чем понял, что именно меня насторожило.

Дверь чёрного хода приоткрылась и тут же закрылась. На крыльцо выскользнул человек. И едва заметной тенью устремился в темноту.

«Месяц назад Кристина выбралась точно так же, — промелькнуло у меня в голове. — Преследование. Ожившая башня. Каменный монстр. Лазарет… Чёрт возьми, Капитан Чейн! Ну вот куда тебя опять несёт?!»

Однако, несмотря на вопиющие доводы разума, поворачивать обратно в корпус я и не думал. Бросился вслед за незнакомцем, стараясь одновременно не выдать себя и не потерять его из виду. Меня, как и в прошлый раз, вела интуиция. Я знал, что мне просто необходимо следовать за этим человеком — кем бы он ни был.

Разглядеть, кто он, кстати, не представлялось возможным. Издали я видел лишь то, что фигура закутана в плащ, а на голову накинут капюшон. Приблизиться так, чтобы обойти человека и заглянуть ему в лицо, означало его спугнуть. Оставалось только идти за ним по пятам — всё дальше и дальше.

Однако сейчас, в отличие от того меня, что месяц назад преследовал Кристину, я двигался не вслепую. Дни, проведенные в Академии, были потрачены не зря — я успел изучить огромный парковый комплекс во всех подробностях. Теперь уже я знал все аллеи и павильоны Царского Села. Все его укромные уголки и тайные тропы. А исследуя их, обращал внимание на каждую мелочь. Отмечал в памяти: вот в этой тенистой галерее, например, или в той неприметной беседке было бы удобно встретиться с информатором.

Если бы спросили, для чего я это делаю, вряд ли сумел бы ответить. Привычка. Профдеформация, будь она неладна…

Сейчас я убедился в том, что местные локации изучал не напрасно. Когда фигура в плаще, миновав Камеронову галерею, резко повернула налево, я уже догадывался, куда она направляется. И замедлил шаги.

Вовремя — фигура обернулась, проверяя, нет ли слежки. И нырнула в длинный зелёный коридор, образованный увитыми виноградом шпалерами.

Летом здесь приятно было укрываться от жары. Сейчас виноградные листья облетели, но лозы, посаженные задолго до рождения нынешнего императора, стали такими ветвистыми, что шпалеры им, в общем-то, уже не требовались. Коридор надёжно укрывал желающих спрятаться от посторонних глаз в любое время года. Особенно ночью. Точнее, те, кто решил сейчас укрыться в этом коридоре, думали, что это место — надёжное.

На первый взгляд, разумно: коридор просматривался насквозь. Если на аллее появится кто-то посторонний, они заметят его раньше, чем он — их. Укроются в нишах, где стоят скамейки, и останутся незамеченными… На первый взгляд. На взгляд опытного подпольщика, более дурацкое и предсказуемое место для тайной встречи — поискать.