— Ванькой-Каином меня звали, — неожиданно для себя сказал Иван.

— Оп-па… — Водитель оглянулся на Ивана. — Это за что же так?

— За убийство, за что же еще?

— Брата? — с некоторым даже восхищением уточнил водитель.

Даже Всеслав с интересом посмотрел на Ивана.

— Не то чтобы брата, но сослуживца. Не совсем, впрочем, хотя и на службе. — В этом месте фразы Иван сообразил, что выдал что-то уж совсем неудобоваримое, и решил не продолжать.

— По служебной, выходит, надобности? — с понимающим видом произнес Тепа, глянув на Ивана через зеркало заднего вида даже с некоторым уважением. — То есть можешь, если что, и своего грохнуть? Если припрет?

— Если припрет, — подтвердил Иван.

— Это правильно, — кивнул водитель. — Это значит, что, как Пашка, не подставишься… Не станешь стращать там, где нужно было стрелять.

— Это какой Пашка? Астуриас?

— А какой же еще? Ты ж вместо него приехал? Инквизитор?

— Старший Исследователь Объединенной Инквизиции…

— Ох, ни хрена себе! — теперь уже не скрываясь, восхитился Тепа. — Целый Старший Исследователь? А в Инквизиции ты сколько?

— Неделю.

— И снова — ни хрена себе! Такая карьера за семь дней?

— Господь за неделю сотворил мир, — неожиданно вмешался Всеслав.

Иван удивленно посмотрел на него. Водитель даже притормозил автобус и тоже глянул на мальчишку.

— Что уставились? Библию я читал, на Закон Божий ходил… Попробовал бы не ходить.

— A-а… ну тогда — ладно. — Тепа прибавил газу, и автобус снова бойко запрыгал по колдобинам. — Сын твой, что ли?

— Что? — не понял Иван.

— Спрашиваю — сын твой? Этот, в куртке. — Водитель указал пальцем через плечо.

— Не дай бог, — одновременно сказали Иван и Всеслав.

— Тоже верно. Что Инквизитор папой, что дьяволопоклонник сыном — одинаково неприятно и неудобно. Мне сказали, что пацана в интернат завезти нужно. Так?

— Так, — снова в унисон ответили оба и засмеялись.

— Лады, — засмеялся и Тепа. — Это получается у нас крюк в полсотни километров… А у меня бензину… Придется нам рвануть через Малые Брехуны. Это еще сорок километров в сторону. Покатаемся.

— Название забавное, — сказал Иван.

— Название как название. К северному Кордону вообще есть деревня Говнюки. И ничего, люди привыкли. Название давно могли сменить, но ведь их деревня упоминалась в летописи еще в десятом веке. Гордыня, понятное дело, грех, но тут наказание за нее заключено в ней самой. Я — из потомственных Говнюковых! — провозгласил водитель. — Правда, засранцы придумали развлечение — присваивать кому ни попадя звание «Почетный гражданин Говнюков».

Забавный парень, подумал Иван, разглядывая бритый затылок Тепы. Такой живой, непосредственный. Если бы не поглядывал время от времени в зеркало заднего вида строгим, настороженным глазом, совсем можно было бы ему поверить.

В какие забавные места забросила Ваньку-Каина судьба! С такими симпатичными и насквозь прозрачными обитателями.