Во время Второй мировой войны хорваты совершат геноцид сербов: лидер Хорватской папртии права Павелич окажется куда хуже Радича.

По опросам уже в независимой Хорватии — а глазах хорватов Степан Радич остается самым популярным хорватским политиком ХХ века.

20 мая 2022 года. Белград, Сербия. День десятый

С Богданом Жераичем, депутатом Скупщины и лидером национальных демократов — встретиться оказалось не так то просто. Как и всякий политик — он держал дистанцию, и с плебсом был близок только на предвыборных митингах.

В конце концов, удалось договориться о встрече в теннисном клубе, на самом берегу Дуная…

Место это было красивое, ухоженное, одна из отдушин местной элиты. Все под охраной. Зеленое покрытие кортов, невысокие, прикрытые тентом трибуны…

Перед кортами — нас встретил среднего роста человек, хорошо, дорого, но не слишком дорого одетый, аккуратный. Я заметил его часы — местное производство, не Швейцария. Он был… ну знаете, в старых фильмах снимают таких в положительных ролях. Тракторист там… или врач.

— Паны?

— Полковник Панин — сказал я

Лука молча предъявил удостоверение.

— Пан Богдан пока играет, думаю, это еще минут на двадцать. Пока предлагаю пройти на трибуну.

На трибуну так на трибуну.

Мы прошли на трибуну — там, кстати, охранник стоял. Несмотря на то, что это был Белград — было на удивление тихо и в прохладном от близости Дуная воздухе слышались лишь щелчки мяча об ракетку, да резкие выдохи игроков.

Ну, что, пан Богдан? Сам убил — или помогли?

Это только в книгах преступления раскрываются с каким-нибудь драматизмом, так то это происходит довольно буднично. Ты в какой-то момент понимаешь, кто это сделал — и начинаешь собирать улики уже целенаправленно.

Вот, он и сделал…

Вы и убили-с…

Зачем? А выхода я думаю, у него не было. Аня приперла его к стенке. Ей не нужен был Лазарь, она нацелилась на куда более крупную рыбу. Только вот… малость сглупила. Для Богдана — главное власть.

Верно, пан Богдан?

— Ваше имя?

— Зоран Божаич. Я помощник пана депутата.

— Вы давно работаете на Жераича?

— Восемь лет.

— Знаете Аню Никич?

— Ту, которую убили?

— Да.

— Пару раз встречал.

…

— Она у нас на плакат снималась.

— А пан Богдан?

— Пан Богдан?

— Он знал Аню Никич?

— Да, разумеется. Она же снималась на плакат.

— Как ей платили?

— Не ей, а агентству. Все платежки имеются. Все официально.

И ты все это помнишь?

Я кивнул

— Кажется, заканчивают.

Божаич тоже кивнул

— Да, вероятно. А вы — еще раз как вас…

— Панин.

— Вы русский?

Я отрицательно покачал головой

— Уже сербский. У меня гражданство.

…

Жераич переодевался у скамейки. Явно торопился. Держит себя в форме, на десяток лет моложе меня — но выглядит еще моложе. Включает мальчишеское обаяние если надо.

— Мы из полиции — я не стал полностью представляться

— Это не может подождать?

— Всего несколько вопросов.

Политик взял со скамейки полотенце, вытерся. Бросил обратно.

— Хорошо. Но давайте быстрее, у меня встреча в русском посольстве

Сейчас придумал?

— Я вас долго не задержу, — уверил его я, — вы знали Аню Никич?

— Это ведь ее убили? Да… немного знал.