– Еда.

Я поднял парус, и мы пошли быстрее, следуя извивам реки. Голубка устроилась на крыше домика, непрерывно вещая о том, совпадает ли местность с картой, и записывая все, что мы видим. Нам нужно будет доложить результаты – но, возможно, вернуться смогут не все.

Каузи увидел на дальнем берегу пару крабов с красно-желто-зелеными узорами, копошащихся среди растений и кораллов: оба были такие крупные, что легко убили бы кошку Голубки. Она сделала запись и на какое-то время замолчала – но не так надолго, как мне бы хотелось.

Мы пристали к берегу на обед: к этому времени мы уже прошли вверх по течению около десяти километров. Я осторожно ступил на землю. Под слоем рассыпанных, словно галька, кораллов она казалась губчатой. Некоторые кораллы были округлые, другие имели форму веточек, рогов или вееров – красные, розовые, фиолетовые, синие… или мертвые и белые. Мертвые хрустели у меня под ногами, пустые. Я остановился – и ощутил легкие толчки от живых: кораллы выбрасывали жала, атакуя.

– Осторожнее! – предупредил я. – У крупных кораллов большие жала. Держитесь от них подальше.

Вот только Голубке обязательно понадобилось ткнуть в какой-то валун шестом. Оттуда вырвалось жало длиннее ее руки.

– Ого! Полезно знать! – сказала она, делая запись.

Я проковырял шестом дырки на пустом участке и посадил несколько семян Стивленда. Удачи, друг. Может, вонь говорит о том, что почва здесь плодородная.

Я был рад вернуться на плот. Мы поели. Рыба была вкуснейшая. Через два часа хода вверх Голубка подала знак остановиться.

– Смотрите: фиппокоты… вроде бы, – прошептала она. – У деревьев!

Секунду я ничего не видел, но форма тени выдала фиппокота красно-черно-белой расцветки, великолепно сливающейся с этим ландшафтом. Даже его уши с красными кисточками походили на пучки травы. Их оказалась целая группа, около двадцати: теперь, когда я знал, на что смотреть, это было совершенно ясно видно. Там была даже парочка котяток, невероятно милых. Взрослые были в три раза крупнее Изумрудки. Лапы у них покрывал густой мех.

– Не стоит привлекать их внимание, – прошептала Голубка. – Хищные коты. Они охотятся стаями.

– Вот такой любимец мне по вкусу.

– Когда-то давно они убили двух членов экспедиции.

– Что видеть-вы? – проверещал Каузи.

Его крик привлек внимание животных. Два самых крупных сделали по паре прыжков в нашу сторону. Они запросто могли перепрыгнуть с берега на наш плот.

– Я ничего не видеть.

– Они частью красные, – сказала Голубка. – Стекловары плохо различают красное.

Я схватился за шест и ускорил наше движение вверх по течению. Хищные коты запрыгали вдоль берега, не отставая от нас. Один из них зарычал. Клыки у него оказались большущие.

Голубка принялась писать.

– Есть еще один вид котов, они живут в дуплах коробчатых деревьев с синими шипами. У тех мех синий. Мы про них мало что знаем. Может, сможем их поискать!

– Мы здесь, чтобы проверить, есть ли тут изменения.

– А, точно!

Мы здесь, чтобы высматривать угрозы. Хищные коты у нас в лесу будут серьезной опасностью.

По мере продвижения мы видели более многочисленные и крупные кораллы: некоторые – круглые, диаметром в метр, – выстраивались линиями. Погода оставалась ясной и холодной. Царап заварил чай на углях глиняной жаровни и подал его с сушеными плодами.

– Спасибо, – сказала Голубка. – Знаете, при таком количестве хищников животных в целом должно было быть больше.

– Почему? – спросил Царап.