Какая досада! Барбара глубоко вздохнула. Что может быть хуже? Она ждала, что ее поцелуют, а вместо этого ей вытерли майонез с губ. Второй раз за день ее надежды не оправдались.

Интересно, что ощущал в этом момент Том? Подумав об этом, Барбара задрожала от волнения. Кровь прилила к лицу, стало трудно дышать.

Оказавшись с Томасом в машине, она поймала себя на желании погладить его по щеке. Занятая борьбой с самой собой, Барбара, не осознавала, что в упор смотрит на своего спутника. Тот ответил ей вопросительным взглядом.

— Нет-нет, ничего, — быстро сказала она. — А впрочем, мне нужен носовой платок. У вас есть запасной?

— Для чего? — удивился Томас.

— Странный вопрос! Разве вы не знаете, что мужчина, который подвозит женщину на своей машине, должен иметь запасной платок в отделении для мелочей, чтобы вручить его даме сердца?

Вся эта тирада имела целью заставить мистера Челси признаться, что у него нет дамы сердца. Впрочем, мисс Ровенталь не рассчитывала получить какой-либо вразумительный ответ и взяла инициативу в свои руки. Она открыла отделение для мелочей и обнаружила там лишь аптечку и фонарь. Ни шпильки, ни тюбика с губной помадой, ничего, чем женщина обычно «метить» свою территорию.

— Вы искали женщину или носовой платок? — поинтересовался Томас, прекрасно понявший, чего хотела добиться Барбара этим маленьким спектаклем.

— Мне не нужен ваш носовой платок. — Она демонстративно открыла сумочку и извлекла оттуда маленький кусочек батиста, обшитый кружевами. — Я не сказала, что у меня нет своего платка, просто хотела проверить, насколько вы готовы к разным ситуациям.

7

Ехали молча. Барбара все время думала о несостоявшемся поцелуе и последствиях, к которым он мог привести.

Мисс Ровенталь любила свою работу. Каждый вечер, занятый допоздна. Каждое утро, начинающееся в немыслимую рань. Постоянное нервное напряжение. Она жила этим и жила для «Ровенталь и Стивенсон». А Томас Челси пытался отнять у нее все это. Позволить такому человеку поцеловать себя? Никогда! С другой стороны, Барбаре хотелось, чтобы он поцеловал ее, потому что Томас был совершенно особенным мужчиной. Он излучал такую силу, что даже немного пугал ее. Но его мощь была притягательной.

— Высадите меня на углу, — попросила Барбара, — так будет удобнее, потому что вы не попадете в пробку. — И, не получив ответа, добавила: — Аукцион начинается в четыре, если вы еще в состоянии все это переносить. Впрочем, за геройское поведение сегодня утром вы заслужили небольшой отпуск.

— Вы очень добры. — В отличие от Барбары Томас улыбался совершенно искренне. — Но я ни за что на свете не пропущу это мероприятие.

— Вы сумасшедший. Или вы прочли в газетах, что на этом аукционе будут продаваться довольно потертые джинсы, которые, — она понизила голос до приличествующего случаю шепота и назвала имя известной кинозвезды, считающейся секс-символом, — носила в своем последнем фильме? И что она сама будет их демонстрировать?

— Что вы говорите? Просто невероятно! — заговорщицким шепотом ответил Томас. — Но, боюсь, о таких вещах никогда не напечатают в «Бостон глоуб».

— Не напечатают? Странно. На спорт и поп-культуру тратятся огромные деньги, — пожала плечами Барбара. — Если джинсы дают возможность хорошо заработать, то стоит о них и писать.

— Надеюсь, вы правы, — согласился Томас. — Желаю удачи!

— Удачей здесь и не пахнет. Все это огромный каждодневный труд, который позволит организовать качественную рекламу.