Анна, одетая в черное пальто, пробиралась вдоль набережной, при этом то и дело поворачивая голову к корпусу судна, видимо пытаясь найти какое-то указание на тип груза. Я был не на шутку встревожен, как будто должно было произойти что-то плохое. Но предвидение ли это было? Пожалуй, да, я чувствовал это всем телом: грудную клетку сильно сдавило. Но в любом случае что я мог сделать? Я не мог выйти и крикнуть Анне, чтобы она вернулась. Это означало бы привлечь к нам внимание и в конечном счете подвергнуть опасности нас обоих…

Единственным решением было ждать.

Анна продолжала идти вдоль корабля. Но моя тревога росла с каждой минутой, грудь сжимало все сильнее. Нужно было предупредить Анну…

Отправить ей сообщение по телефону! Я запустил руку в карман… но он был пуст. Тут я вспомнил, что отдал ей свой мобильный, чтобы она следила за дорогой с помощью навигатора… А потом она положила телефон на приборную доску. И почему же его там не было?

Анна поравнялась с корабельной рубкой и осматривала борт судна, когда раздалась вдруг мрачная музыка, разорвавшая ночную тишину, мелодию которой я сразу же узнал.

«Зов предков».

Она звучала так громко среди ангаров и доков пустынного порта, что мне было достаточно нескольких мгновений, чтобы установить ее источник. Как только я увидел Анну, зажавшую уши руками, я сразу понял, что звук исходил из мощного судового динамика, установленного над рубкой, такого сильного, что звук его можно было бы услышать даже на кораблях в открытом море.

– Немедленная эвакуация, общая эвакуация, – разносился из динамика синтезированный голос.

Анне нужно было немедленно вернуться, и я с облегчением вздохнул, когда увидел наконец, что она направилась в мою сторону.

Но тут вдруг я услышал справа от себя звук взревевшего мотора. Я чувствовал такое напряжение, что от неожиданности вздрогнул всем телом, но сразу же взял себя в руки: это просто большой погрузчик тронулся с места. Мои нервы были на пределе, сердце отчаянно колотилось. Мне следовало успокоиться, если я не хотел получить инфаркт на ровном месте. Я сделал глубокий вдох.

Но когда я осознал, что происходит, то не смог удержаться от крика.

Огромный черно-желтый погрузчик мчался прямо на меня, его двигатель ревел, а большие вилы торчали вперед, как слоновьи бивни. У меня не было времени среагировать. Открыть дверцу, выскочить и сбежать я не успевал, эта штука была уже совсем рядом и через четверть секунды собиралась протаранить машину с моей стороны.

Я напряг все свои мускулы, чтобы подготовиться к удару чудовищной массы стали о кузов автомобиля, но то, что случилось на самом деле, по-настоящему напугало меня: вилы погрузчика прошли сквозь дверцу машины, как нож сквозь масло. Один зубец скользнул прямо над моими бедрами, содрав кожу с живота, в то время как второй разнес приборную панель со страшным треском рвущегося пластика и металла. Дальше – хуже. Ободранное место чуть ниже пупка жгло огнем, а погрузчик дал задний ход, отъехал на метр и снова бросился в атаку. Я был в полном отчаянии.

Я едва успел заметить новый угол атаки вил, поменять положение тела и проскользнуть между ними. Мне это удалось, и, хотя один из зубьев скользнул по моей спине, к счастью, он не поранил меня. Погрузчик снова быстро отъехал назад и снова ринулся в бой. На этот раз вилы были опущены ниже; я приготовился к удару, подтянув ноги к животу, но вилы не проникли в кабину, а скользнули под нее, и после новой волны ужаса я осознал, что машина оторвалась от земли.

Все произошло очень быстро.

Я понял, что нападавший собирался сделать. Теперь он ехал вперед, перемещая мою машину боком к краю набережной, при этом поднимая ее. Мне оставалось надеяться лишь на то, что я смогу выпрыгнуть, пока еще не поздно. Но дверца с моей стороны оказалась заблокирована. Мне надо было выбираться через водительскую дверь.