И был прав. Высшие демоны не имеют формы, и это очень помогает им в бою, позволяя выбирать выгодный облик. Но есть и минус: бесплотного демона можно упрятать в заранее подготовленную ловушку. Это может быть украшение или сосуд, и я знаю даже случай с чайником. Это рискованно: сильный демон способен выбраться наружу, по закону подлости, в самый неподходящий момент. Но эффективно, если тебе нужен могущественный слуга, а времени подчинять его нет.

– Королева не прячет своих врагов в украшения, а превращает в них, – вставил Криденс, взгляд его при этом потемнел. – Половина ее драгоценностей была когда-то волшебниками.

– Виета прав, – кивнул куратор. – Парочка его родственников, по слухам, стала жемчугом. Да, Виета?

– Да, – признание прозвучало так, словно его у Криденса вырвали клещами.

– Тогда хорошая новость: они живы.

– Они ее рабы! Как и ты!

В комнате после этого наступила звенящая тишина. Чуть погодя раздался смех мастера:

– А ты, мальчик, полагаешь, что свободен?

– На мне нет печати! Я могу вызвать ее на поединок и…

– …и закончить колечком в лучшем случае, – серьезно продолжил Рэми. – Такие слова и, не дай боги, намерения лишь говорят о том, что ты глуп. Я происхожу из Средних миров и понятия не имел, кто она, иначе бы поостерегся. А ты, мальчик, сейчас в Арлиссе. Это академия, которая с потрохами принадлежит Повелительнице. Она ее создала, и поверь мне, она слышит каждое произнесенное здесь слово. По этой причине мой вам совет, господа: захотите свергнуть Повелительницу, не будьте идиотами – обсудите это в другом месте. Лучше не в Междумирье: этот мир тоже ее. Тебя, Криденс, это особенно касается. Я слышал, ты любитель рассказать, что сделаешь, когда вызовешь Сиренитти на бой. Я догадываюсь, что именно, и точно знаю, что сделает она: превратит тебя в жемчужину и подарит твоему отцу с миленькой улыбкой.

Мастер замолчал. Криденс тяжело дышал, но возражать не торопился. Я пытался понять, что только что произошло, но мысли путались.

– Продолжим, – сказал наконец мастер. – Как вы уже поняли, я – верный слуга королевы, и когда она приказала преподавать, не согласиться я не мог. В моих интересах, господа, чтобы вы были успешны. Если вы выживете и победите на турнире, тем самым доказав свои знания, я получу свободу. Поэтому я буду делать все, что в моих силах, чтобы так и вышло. К сожалению, ваши предшественники провалили испытание… Много раз. Я здесь уже десять лет, и мне все это совершенно надоело. Поэтому тех, кто станет плохо учиться или посчитает, что он выше учебы – да, Виета? –  я воспитаю сам. А я человек неприятный.

Неудивительно, что после такой речи вопросов к куратору не нашлось. Он вежливо подождал, снова закрывшись веселой улыбкой, как броней. Потом кивнул:

– Что ж, прекрасно. Продолжаем по часовой стрелке. Все, надеюсь, с часами знакомы?

– Да не идиоты мы, – почему-то оскалился альв. Целитель промолчал.

– Дело не в вас, – вздохнул куратор. – Или в вас – раз не понимаете, что в разных мирах – разные способы считать время. На всякий случай поясню – идем вот так, – он нарисовал в воздухе полукруг в том направлении, как двигалась бы стрелка в часах. – Прошу, Криденс Виета. Пару слов о себе.

Криденс горделиво улыбнулся, и я мог предсказать, что этот «золотой мальчик» скажет еще до того, как он открыл рот – по одной этой улыбке.

– Мне двадцать лет, и я происхожу из древнего и уважаемого Дома Виета. Наш род ведет свое начало еще со времен основателей Нуклия – тысячелетия назад.