Я просто забыл. Столько учебы, столько книг. Я забыл.

– А семье ты писал?

Я побледнел. Нет. Я забыл и про них. Как… как я мог?..

– Ясно. Тогда мне лучше туда пока не возвращаться, – пробормотала Шериада. – А то твоя сестра все-таки решит, что тебя нужно от меня защищать.

– Вы слышали.

– У меня великолепный слух. Элвин, отправляйся к ним после испытания. У вас будет неделя каникул. За это время ты должен побывать дома, это приказ.

Я не ответил. Мне было стыдно. Ей не нужно было приказывать: я должен был давно сделать это сам.

– Первый месяц в Арлиссе. – Шериада снова сжала мою ладонь. – Сложно, я представляю. Удачи завтра, Элвин.

– Вы… придете смотреть?

– Конечно.

Я закрыл на мгновение глаза. Хорошо это или плохо – если она увидит, какой я слабак? Будет ли она по-прежнему рекомендовать меня Повелительнице? Не заставит ли вернуться на Остров, раз я бесполезен? Продолжит ли помогать моей семье?

– Эл, ты там заснул, что ли?

Я открыл глаза. Шериады рядом уже не было. Сэв закончил с ведьмами и теперь стоял рядом, недоуменно глядя на меня.

– Ты не заболел? Смотри, болеть после испытания будешь. Мы на тебя рассчитываем.

«…Именно поэтому мы оставили тебя в живых», – додумал я.

В общежитии на веранде меня ждал ужин. И мрачный Нил.

– Эл, ты долго, – сказал он, вставая из-за стола.

Я все понял по его лицу.

– Завтра наши группы будут соперничать, так? Жеребьевка ведь уже прошла.

Нил сильнее помрачнел.

– Да. Эл, мне жаль…

– Правда? Почему? Ты добавил в еду наркотик? Или сразу яд?

Нил резко отодвинулся от стола.

– Ты веришь, что я могу так с тобой поступить?

– Почему нет? Мы же соперники. В первый же день ты пытался так со мной поступить. После тебе было удобно учиться вместе со мной не враждуя. Сейчас это не так, поэтому – да, я… – Нил зажмурился, и я решил, что у него снова припадок. – Извини. Ты в порядке?

Он помотал головой. Потом открыл глаза и уставился на меня в упор:

– Я понимаю, почему ты так думаешь. Элвин, я клянусь, никакого яда и никакого наркотика. Я просто не знал, как тебе сказать, что мы действительно будем завтра противниками. И хотел заранее извиниться, потому что завтра буду вынужден сражаться против тебя. У тебя по-прежнему не получается изгнание низших?

Я покачал головой. Какое изгнание – низшие демоны липли ко мне, как мухи на варенье. Убить не пытались, даже покалечить – скорее наоборот, скакали вокруг, как преданные собаки. В определенной ситуации такая собака могла стоить мне если не жизни, то здоровья. Например, завтра они меня выдадут. И я не смогу оправдать ожиданий моих одногруппников, которые думают, что я изгоню всех низших с арены, чтобы они нам не мешали.

У Нила изгнание получалось блестяще.

– Мне жаль, – повторил он. – Элвин, я хочу, чтобы ты знал: для тебя это, возможно, мелочь, но ты – единственный человек, который… отнесся ко мне по-человечески.

Я фыркнул – больше от пафоса в его голосе, чем от тавтологии.

– Не преувеличивай. Это были всего лишь обеды.

– Всего лишь обеды, всего лишь ужины, всего лишь книги, всего лишь деньги на артефакты – я верну, ты не думай. И всего лишь возможность жить здесь и не бояться, что ты поставишь на меня печать. Для меня это очень много.

Пару мгновений мы смотрели друг на друга. Я действительно не понимал, но чувствовал, что происходит что-то хрупкое, но очень важное.