Билая поморщилась.

– Откуда я знаю, что тогда ты меня не убьешь?

Криденс снял с шеи ониксовый медальон, очень похожий на мою подвеску. Щелкнул серебряный замочек, камень отъехал в сторону. Как в романтических медальонах на Острове, внутри были два локона. Рыжий – Сэва и золотистый – Адель.

– Остальных ты легко подчинишь сама, не так ли?

Взгляд Билаи вспыхнул при виде волос.

– Да…

Тем временем Сэв заторможенно, но все-таки смог перевернуться и даже отползти от ног девушки.

– Сволочь… ты, – прохрипел он.

– Я или он? – с интересом осведомилась Билая, глядя на Сэва.

– Об-ба.

– Ну-ну, милый, – пропела девушка, – ему ваши волосы заполучить было проще простого: вы же так плохо с ним обращались.

– Билая, клянись, – поторопил Криденс. – Он сильный, твое заклятие скоро с него спадет.

Девушка вздохнула и помедлила немного, жадно глядя на медальон.

– Ну хорошо. Криденс Виета, я клянусь быть твоим союзником и не причинять тебе вред ни словом, ни делом, ни умыслом. Также никто из моих слуг не причинит тебе вреда. Ты доволен?

Вокруг девушки мелькнуло золотое свечение – клятва вступила в силу.

Криденс кивнул:

– И как… же… ты обойдешь клятву… сейчас… гаденыш? – прохрипел Сэв, ползая по траве.

– Мы договорились, – пропела Билая, забирая медальон. – Криденс некоторое время побудет без сознания. Так он не сможет мне помешать, а я вам клятву не приносила.

Криденса эта мысль, похоже, не радовала, но он не сопротивлялся, когда девушка подняла руку в характерном жесте. Сказал только:

– Ты поклялась.

Наверное, для этого тоже нужно мужество – чтобы предать. Ни Криденс, ни Билая, очевидно, друг другу не доверяли.

Когда Ворон опустился на траву и глубоко задышал, засыпая, Сэв выплюнул:

– Идиот!

– Ты про себя, милый? – отозвалась Билая. – А Виета мне еще пригодится, мы друг другу подходим. Я полагала, ты тоже подходишь мне, но… Вижу, что ошибалась.

Она вздохнула, потом перевела взгляд на меня и прищурилась.

Я почувствовал себя перед ней голым – флера на мне больше не было.

– Ого! У вас на удивление красивый демонолог!

Я понял, что могу пошевелить пальцами – руки были спрятаны за спиной, и Билая этого не видела. Я сложил их в жесте легкой атаки – первой, которой научился. Но магия не отзывалась. Конечно, ведь тогда Сэв, который уже мог говорить, сто раз проклял бы эту дрянь, но почему-то до сих пор этого не сделал.

Магию вернуть тяжелее, чем контроль над телом.

Билая подошла ко мне:

– Ты мне нравишься, красавчик. И ты сильный, я чувствую. Демонологов много не бывает, ты мне еще пригодишься. Ты точно будешь лучше этого, – она кивнула на Нила. – Тебя я тоже оставлю в живых. Не поклянешься мне по собственной воле? Нет? Гордый… Ну что ж.

Дальнейшее я запомнил так ярко, мгновение за мгновением, хотя все происходило очень быстро.

Билая поворачивается к Сэву, склоняется над ним, заносит руку.

Нил вынимает кинжал.

Чувствуя неладное, Билая в последний момент оборачивается.

Нил вонзает кинжал ей в сердце по самую рукоять. Да, кажется, в сердце: умерла она тут же, мгновенно.

Помню, какое удивление было в ее стекленеющих глазах. Наверное, с таким же смотрели на Нила мы с Сэвом.

Хумара уронил кинжал, упал на колени и скорчился от боли.

– Ты же… сейчас… умрешь! – выпалил Сэв.