— Значит, есть другие способы попасть в подземелье?

— Да. Один вход в лесу, метрах в двухстах от церкви. Замаскирован под старый колодец. Еще один — в скале за алтарем, но туда трудно попасть.

Михаил и Ингрид переглянулись. Это объясняло, как незнакомец мог незаметно появляться возле церкви и исчезать.

— Эрик, вы показали ему эти входы?

Парень опустил голову.

— Он заставил. Сказал, что если не покажу, то сообщит в полицию о моих старых делах. А я не мог себе позволить снова сесть.

— Понятно. А как он выглядел?

— Лет сорока, может чуть больше. Говорил по-английски почти без акцента, но иногда проскальзывало что-то американское.

— Как одевался?

— Дорого, но неброско. Черная куртка, темные джинсы, ботинки на толстой подошве. Хорошие часы — «Омега» или что-то подобное. И еще у него был шрам на левой руке — между большим и указательным пальцами.

— А машина?

— Черный джип, арендованный. Номера не помню.

Ингрид записала все детали.

— После трагедии он с вами связывался?

— Один раз. 20 октября. Позвонил и сказал, что работа выполнена, а я должен забыть о нашем знакомстве. И добавил, что если когда-нибудь заговорю с полицией, меня найдут мертвым, как тех русских.

Эрик дрожал, вспоминая этот разговор.

— А недавно?

— Позавчера звонил. Сказал, что в городе появились любопытные люди, которые задают лишние вопросы. И что скоро все закончится. Что он «зачистит территорию» и уедет.

— Он знает о нашем расследовании?

— Похоже на то. А вчера я видел тот же черный джип возле автосервиса. Он следит за нами.

— Эрик, — сказала Ингрид серьезно, — сейчас вы находитесь в смертельной опасности. Этот человек устраняет всех свидетелей.

— Я знаю. Поэтому и согласился вам помочь. Лучше умереть, сражаясь, чем ждать, пока он придет ночью.

— У вас есть где спрятаться? Не дома.

— Есть дача у дяди, в лесу. Заброшенная, но там можно переждать.

— Хорошо. Пока отсиживайтесь там. А мы попробуем выманить этого человека.

После ухода Эрика Михаил и Ингрид остались обсуждать план действий. За окном сгущались сумерки, и уличные фонари Варде зажигались один за другим.

— Нужно создать ситуацию, когда он почувствует необходимость действовать, — сказала детектив. — Если он действительно следит за нами, то знает о наших встречах.

— Что вы предлагаете?

— Провокацию. Вы идете к церкви один, как будто пытаетесь восстановить память. Создаем видимость, что вы беззащитны и изолированы.

— То есть используете меня как приманку?

— Примерно так. Но с максимальными мерами предосторожности.

Ингрид достала из сумки план местности.

— Я буду в лесу с группой поддержки. У вас будет рация и GPS-передатчик. При первых признаках опасности нажимаете кнопку, и мы приходим.

— А если он нападет раньше, чем вы успеете добраться?

— Тогда вы бежите. В лесу много укрытий, а мы будем рядом.

— Когда?

— Завтра вечером. В сумерках, когда видимость ограничена, но еще не совсем темно.

План был рискованным, но альтернатив практически не было. Михаил понимал, что каждый день промедления увеличивает вероятность того, что незнакомец исчезнет или нападет на других свидетелей.

На следующий день он провел в мучительном ожидании.