Табита встала со знакомым ощущением легкого головокружения. Она заглянула в свои записи: «кровь» и «отпечатки». Негусто.

– Нет ничего удивительного, – начала она, – что мои отпечатки, следы и все такое прочее были повсюду. Это ведь мой дом, и я там живу.

– Отпечатки ваших пальцев, – отозвался доктор, – были обнаружены на полиэтиленовой пленке, в которую был завернут труп потерпевшего.

Произнося эти слова, доктор многозначительно приподнял брови и слегка поклонился присяжным. Табите захотелось треснуть его чем-нибудь или как следует наорать.

– Тело обнаружили мы с Энди, – сказала она. – Мы и разворачивали эту пленку.

– Мисс Харди, вам следует задать вопрос, а не делать заявления! – послышался голос судьи Мандей.

– Хорошо… Э… например, не могли бы мои отпечатки остаться на пленке, так как я и Энди трогали ее, чтобы проверить, жив ли еще потерпевший?

– Теоретически да, – ответил Белфи. – Но судя по моему практическому опыту, вряд ли.

– Простите, но вы не имеете права высказывать ваше мнение, – возразила Табита.

– Эксперт имеет право, – прервала ее судья. – Эксперт имеет право высказывать свое мнение при перекрестном допросе, если суд считает это уместным, – добавила она, обращаясь к присяжным. – Продолжайте, мисс Харди.

Табита так разволновалась, что никак не могла придумать следующий вопрос.

– Кровь! – сказала она, заглянув в блокнот.

– Что? – не понял Белфи.

– На полиэтиленовой пленке была обнаружена кровь, – пояснила Табита. – Также были зафиксированы кровавые следы, ведущие в дом. Кроме того, пятна крови были на диване. Где-то еще экспертиза нашла кровь?

– На вашей одежде, – пожав плечами, ответил доктор Белфи.

– Да, и на одежде Энди, поскольку мы вместе с ним нашли тело. Все верно, не так ли? – добавила она, спохватившись, что забыла облечь фразу в вопросительную форму.

– Да, верно.

– Где-нибудь еще кровь была?

– Следы на полу.

– Только следы, верно?

– Возможно.

– Стюарту Ризу перерезали горло, верно?

– Да.

Табита обратилась к присяжным:

– Извините, но то, что я сейчас буду говорить, может показаться вам ужасным. Но другого выбора у меня нет.

Она снова обратилась к Белфи:

– В человеческой шее есть артерии?

– Сонная артерия, да.

– Если ее перерезать, будет много крови? Я имею в виду, на стенах, полу, везде.

– Но стены были чистыми.

– А вам не показалось это странным?

– Я просто описал место происшествия, указав на то, что видел.

– Так вас не смутило отсутствие брызг крови на стенах и так далее?

– Нет.

Табита почувствовала, что уперлась в непреодолимое препятствие. Но тут у нее мелькнула одна мысль, и она задала следующий вопрос, не задумываясь о последствиях:

– Вы нашли орудие убийства?

– Нет, пока не нашли.

– И вас это не удивляет?

– У вас было достаточно времени, чтобы избавиться от него.

Табита почувствовала, будто ей закатили оплеуху.

– У меня? Вы сказали, что именно у меня было много времени?

– Я хотел сказать, у убийцы.

– Когда вы решили, что убийство было совершено мной?

– Я просто оцениваю улики, – сухо отозвался Белфи.