Я поставила кружку на стол, чувствуя, как в груди разгорается обида:

— Знаешь, да, я не должна была приходить. У меня действительно не все в порядке с головой. Может это Стокгольмский синдром, или ПТСР… я… — я начала заикаться, а ноги стали дрожать. Я пошла к двери. — Я просто переночую в машине, и дождусь, когда дядя найдет мою машину.

Кэри Хейл схватил меня за локоть не властно, но заставив замереть на месте. Даже если бы он просто коснулся меня, случайно, меня бы тут же парализовало.

Парень с расстановкой произнес:

— Я не прогоняю тебя.

— Этим ты и занимаешься.

— Нет… — пробормотал он, отпуская меня. — Я просто удивлен, увидев тебя здесь… Ты здесь в опасности.

— Ты прав. Но там — ночь, лес, и машина, которая не заводится. Это все напоминает сюжет фильма ужасов, разве нет?

— А здесь нахожусь я, — парень, который пытался убить тебя, в комнате наверху.

Я прищурилась, увидев на его губах усмешку.

— Ты что… ты флиртуешь со мной?

— Разве? — он вскинул брови, и теперь я точно заметила улыбку.

— Прекрати.

— Я ничего не делаю, — возразил он.

— Прекрати смотреть на меня так, словно ты рад меня видеть, ясно?

— Я действительно рад тебе, Энджел.

— Мне все равно, — отрезала я. Меня стало одолевать желание отвести взгляд, но я упрямо смотрела на него: — Прекрати делать то, что ты делаешь, потому что тогда я забуду кто ты на самом деле.

— Ты все-таки боишься меня, — сделал вывод он, отступая на шаг. Я проигнорировала его, и направилась обратно в гостиную. Он пошел за мной, и сел напротив меня на диван. Я почувствовала, как от очага распространяется тепло, к ногам, и вверх. Мои ноги приятно зарылись в пушистый ковер, ненавязчиво заставляя мышцы расслабиться. Я откинулась на спинку кресла, глядя на Кэри, в то время, как он смотрел на огонь, наклонившись вперед, и упираясь локтями в колени. Я знаю, что он видит мой взгляд, но даже если он спросит, почему я так смотрю на него, я имею право ответить правду. Я хочу знать, как мыслит этот человек. Что заставило такого хорошего парня, как он, поступить со мной так ужасно в ту ночь.

Это была единственная ночь. Единственная ночь, но она перевернула мою жизнь с ног на голову.

— Иногда мне кажется, что мне больше нечего бояться, — вдруг сказала я, не знаю, почему. Рядом с Кэри Хейлом я всегда чувствовала себя так — уютно, словно дома. Словно он очень близкий мне человек, словно у нас с ним связь. — Столько всего произошло, что я больше не испытываю страха.

— Ты испытываешь страх, — тихо сказал Кэри, по-прежнему глядя в огонь. На его лице играли отблески пламени; на скулах кочевали тени, когда он говорил, и это притягивало мое внимание. Я бы не призналась, но выглядел он сейчас очень… привлекательно. — Ты живешь в постоянном страхе, и ты привыкла к нему, поэтому больше не замечаешь.

Он посмотрел на меня своим серьезным взглядом:

— Страх стал частью тебя.

— Я не боюсь тебя, — тихо сказала я. — Иногда думаю, что даже в ту ночь не боялась тебя…

Кэри Хейл отвел взгляд, посмотрев огонь.

— Почему ты сделал это? — вечный вопрос, что преследует меня вот уже год. — Потому, что твоя мать заставила тебя?

— Габриель не имеет на меня влияния, — повторил Кэри Хейл то же, что и в прошлый раз. — Я никогда не подчинялся ей.