– Давайте задержимся на этом на секунду. Расовая гипотеза предполагает, что преступник входил в контакт с жертвами, а еще видел этот список… или самих жертв у стенда в день записи в клубы.

– И есть еще прочие условия, которые мы отметили в начале расследования, – подхватил Эрик. – Доступ к запрещенным препаратам, возможность подойти к жертвам достаточно близко, чтобы ввести препарат, вероятно знакомство со стройплощадкой и доступ к ней.

– Не многовато ли знаний и возможностей для одного человека? – усомнился Уэст. – Может, мы имеем дело с группой?

– Может, и так, – сказал Скотт.

– Мы что, говорим о преступлениях на почве расовой ненависти? – заволновалась Санчес. – Если вы заговорили о группе, которая по расовому признаку убивает студентов в кампусе, это выглядит очень плохо, причем для всех: самого университета, полиции кампуса, города… Внимание будет повышенное. Я уже вижу заголовки в газетах с тремя «К».

Все замолчали.

Джейн совсем не понравилось упоминание о ку-клукс-клане. Ей не хотелось, чтобы полицейские ушли в эту сторону, а версия потом оказалась неправильной.

Внезапно Эрик подтолкнул Скотта локтем:

– И это мы еще не учитываем братьев Бейли.

Тот бросил на напарника многозначительный взгляд, но Уэст уже услышал.

– Федеральное дело с теми же запрещенными препаратами.

Скотт удивленно глянул на него.

– Вы об этом знаете?

Уэст ответил ровным голосом:

– Думаете, мы с Санчес не поинтересовались, с какой стати вам понадобилось лезть в это дело?

– Но как вы узнали? – спросил Скотт.

Уэст отрицательно покачал пальцем:

– У вас свои секреты, у меня свои.

Санчес закатила глаза.

– Позвонили знакомым агентам. У них есть база данных федеральных дел. Хватило пары нажатий кнопок.

Уэст оскорбленно покосился на нее:

– Ну спасибо тебе…

Она, не обращая на него внимания, продолжила:

– Мы знаем, что это единственное дело, где достоверно зафиксировано использование того же сочетания препаратов вне камеры для казней. До последнего времени.

– Это правда, Скотт? – с любопытством воскликнула Стили.

Тот кивнул.

– Но оно же было закрыто и передано в суд? – Стили перевела взгляд со Скотта на Эрика и обратно, дожидаясь ответа.

Скотт откашлялся.

– Было… но когда та же смесь всплыла здесь, мы задумались о поставщике или сообщнике, которого могли упустить, когда занимались Бейли.

– А что именно произошло? – спросила Джейн. – Если, конечно, ты можешь рассказывать…

– Все случилось в Теннесси в восьмидесятом, – ответил Скотт. – Реда Бейли судили за убийство брата с помощью смертельной инъекции и последующего выстрела из дробовика.

Стили скривилась.

– Ужас… И как прошел процесс?

– Быстро. Бейли признал себя виновным. Но дробовика не нашли, и никто не задался вопросом, где он раздобыл лекарства.

– В этом-то вы и увидели лазейку… – протянула Стили задумчиво. – Умно. Я, как адвокат, обязательно ею воспользовалась бы. Удивительно, что его защитник этого не сделал.

Уэст не верил своим ушам.

– Он же признался!

– На месте его адвоката я заявила бы, что признание получено под давлением. Конечно же. – Она холодно улыбнулась ему.

Уэст тем не менее улыбнулся в ответ и покачал головой.