— Это три призрака. Или же души грешников.
— Рога у них были?
— Да, вот такие длинные.
— Значит, это три дьявола, исчадия ада, — решил кузнец.
— Но дьяволы черные, а те трое — белые.
— Раз у них есть рога, они дьяволы. Ведь и волы бывают черные и белые, смотря по породе.
— Кузнец прав, — подтвердил владелец коровы. — Были бы они душами грешников, не украли бы мою корову. Души-то ничего не едят. А вот дьяволы — известные воры, они уводят всяких разных животных и птиц в ад и там жарят на адском огне.
— А хвосты у них были?
— Да, с завитком на конце.
— Они упали с неба, словно три молнии, — добавил мельник. — Я увидел дымное облако, а потом языки пламени. И в тот же миг все трое улетели.
— Они что-нибудь сказали?
— Кричали что-то. Кажется, на латыни, — ответил мельник.
— Разве ты знаешь латынь? — изумился кузнец.
— Нет.
— Послушаем лучше, что скажет наш мудрый священник, — прошамкала одна из старушек.
— Это наверняка трое помешанных, в которых вселился дьявол. Их нужно отыскать, поймать и сразу сжечь на костре.
Крестьяне во главе со священником направились к опушке леса…
А Тысячемух, Початок и Недород, ничего не подозревая, разожгли костер, чтобы сварить корову. Тысячемух обвел угольком правый бок коровы, Недород, тоже углем, — левый, а Початок — обе ноги. Минуты три спустя вся корова из белой стала полосатой. И тут трое друзей заспорили:
— Этот бок мой.
— Нет, мой, я его первый очертил.
— Ну уж спину я никому не отдам! — воскликнул Початок.
— Ты ее только до половины очертил, — возразил ему Тысячемух. — Вторая половина моя.
— Как хотите, а язык мой! — с грозным видом объявил Недород.
— Я очертил голову, значит, и язык мой. Ведь он часть головы, — сказал Початок.
— Язык — часть рта.
— Тоже мне, умник выискался! Ведь и рот — часть головы, — парировал Початок.
— Тогда я заберу хвост. Он еще лучше языка, — утешился Недород.
— Я очертил живот, значит, все, что внутри живота, тоже мое, — объявил Тысячемух.
— Внутри живота одни кишки, — заметил Початок.
— Ну, это мы еще посмотрим.
Не переставая ссориться, Тысячемух, Початок и Недород подтащили к костру железные прутья, чтобы жарить на них куски мяса.
Корова, похоже, сообразила, что ее ждет, и стала дергаться и бить копытом дерево, к которому друзья привязали ее веревкой.
Потом громко, жалобно замычала.
— Лучше поскорее ее убить, пока не прибежал хозяин, — сказал Тысячемух.
— Тебе и карты в руки. Ведь ты рыцарь и участвовал во многих боях, — сказал ему Початок.
— Я же тебе говорил, что мне убить человека пара пустяков. Но беззащитную корову рыцарю убивать стыдно. Лучше посчитаемся. И уж кому выпадет, тот ее и зарежет.
— Ладно. Только смотри не обмани нас, как тогда с шапкой-лепешкой, — предупредил Недород.
Тысячемух начал считать:
— Эни-бени, рики-паки, буль-буль, парики-шмаки. Деус-деус, космо-деус, бац. Выпало тебе, Початок.
— Нет, нет, ты схитрил: посчитал меня два раза подряд.
— Ладно, начнем сначала. Эни-бени, рики-паки, буль-буль, парики-шмаки…
ОГОНЬ И ПЛАМЯ
Пробираясь ползком и прячась за деревьями, крестьяне, вооруженные палками и вилами, священник, три старушки, кузнец с двумя подручными подобрались к костру. |