— Да что от тебя толку? — презрительно спросила Беллатриса. — Какую полезную информацию мы от тебя получили?

— А тебя это не касается. Если он решил не посвящать тебя…

— Он посвящает меня во всё! — вспыхнула Беллатриса. — Он называет меня своей самой верной, самой преданной…

— Неужели? Даже сейчас, после провала в Министерстве?

— Я не виновата! Раньше Тёмный лорд доверял мне свои самые… Если бы не Люциус…

— Не смей! Не смей винить моего мужа! — тихо и зловеще выговорила Нарцисса, поднимая глаза на сестру.

Какой там Волдеморт, за своего мужа и сына она бы все Министерство раскатала! Не знаю, как уж сестер выдавали замуж, но… Беллатриса о своем муже даже не вспоминала, а Нарцисса чуть не плакала, вспомнив о Люциусе Малфое.

— Теперь уже бессмысленно выяснять, кто виноват, — спокойно сказал Снейп. — Что сделано, то сделано.

— Но не тобой, ты снова остался в стороне, пока все остальные рисковали, так, Снейп? — вскрикнула Беллатриса.

— Мне было приказано оставаться на месте, — сказал он. — Может, ты не согласна с Тёмным лордом?

Он с нарочитым уважением поклонился. Выражение её лица не смягчилось.

— А как же Гарри Поттер? За последние пять лет ты мог убить его в любой момент! Но ты этого не сделал. Почему?

— Ты обсуждала этот вопрос с Тёмным лордом? — спросил Снейп.

— В последнее время… он… Сейчас я с тобой разговариваю, а не с ним!

— Если бы я убил Гарри Поттера, Тёмный лорд не смог бы использовать его кровь, чтобы возродиться и стать непобедимым.

— Ты утверждаешь, что предвидел, для чего потребуется мальчишка? — насмешливо спросила она.

— Нет, не утверждаю, я понятия не имел об этом плане. Я уже признал, что считал Тёмного лорда мертвым. Просто я пытаюсь объяснить, почему он не жалеет, что Гарри Поттер дожил, по крайне мере, до прошлого года.

— Но почему ты сохранил ему жизнь?

— Ты что, не поняла меня? Только защита Дамблдора уберегла меня от Азкабана. Согласись, убийство любимого ученика изменило бы его ко мне отношение. Но было ещё кое-что. Хочу тебе напомнить, что когда Поттер впервые попал в Хогвартс, о нем всё ещё ходило множество историй и слухов, поговаривали, что он и сам — великий Тёмный маг, отчего и смог пережить атаку Тёмного лорда… Разумеется, очень скоро мне стало ясно, что у него нет никаких особенных талантов. Он умудрился выпутаться из сложных ситуаций благодаря простой комбинации слепого везения и помощи более талантливых друзей. Он — полная бездарность, хотя такой же напыщенный и самовлюбленный, как и его отец. Я приложил все усилия, чтобы его вышвырнули из Хогвартса, где, я считаю, ему не место, но убивать его, или дать его убить в моем присутствии? Я был бы дураком, если б рискнул это сделать под носом у Дамблдора!

— И после всего этого ты хочешь, чтобы мы поверили, что Дамблдор никогда тебя не подозревал? — спросила Беллатриса. — Что он ни разу не задумался, кому ты хранишь верность на самом деле? Что он до сих пор безоговорочно тебе доверяет?

— Я хорошо играл свою роль, — устало сказал Снейп. — И ты упускаешь величайшую слабость Дамблдора: он всегда видит в людях лучшее. Я ему скормил историю о моем глубочайшем раскаянии, когда сразу после ухода от Пожирателей смерти переметнулся к нему, и он принял меня с распростёртыми объятиями. Дамблдор был великим волшебником, но все эти годы он не переставал доверять Северусу Снейпу, и в этом мой самый большой вклад в дело Тёмного лорда!

Беллатриса все ещё выглядела недовольной, но явно не могла придумать еще какое-нибудь обвинение.