- Вот ты где, - прохрипел Ярослав.

    - А где же мне ещё быть? - пролепетала Ольга.

    - Мужу перечить?… Обе пошли вон, - цыкнул князь на боярынь. Те поспешили убраться, забыв на лавках вышивание.

    - Чего смеёшься, дура? - рыкнул Ярослав. - Всё уже ведаешь?

    - Да про что ты? - покачала головой Ольга. - Я днями отсюда не выхожу…

    - Не перечь мне! Ты-то сидишь, а курицы твои всюду шастают, носы свои длинные суют… Вынюхивают, сплетни разносят…

    - Да о чём ты? В толк не возьму…

    - Не лги! Про Иванку весть слыхала?

    - Про какого Иванку?

    - Ах ты, дура! Про Берладника твово проклятого! Как пограбил он меня на Днестре!

    Иван! Не сдержавшись, Ольга вздрогнула, прижимая руки к груди. Искра живого чувства промелькнула в её погасших до срока глазах, и Ярославу этого было достаточно. Вскипев, он размахнулся и ударил жену. Ольга повалилась боком на лавку, и второй удар попал по плечу. Она вскрикнула:

    - За что?

    - За Ивана твово!

    - Да рази ж он мой? - Ольга вскинулась навстречу и получила кулаком по лицу.

    - Он на Галич идёт, чтоб меня скинуть и на моё место сесть! А тебя княгиней небось сделать хочет! Ты небось и пересылалась с ним?

    - Нет! - Ольга истово перекрестилась. - Христом-Богом молюсь!

    - Цыц, дура! Лучше кайся, с кем сговаривалась, чтоб Берладника сюда призвать?

    - Да ни с кем! Детьми тебе клянусь!

    - Детьми? Да мои ли это дети?

    От возмущения Ольга утратила страх. Выпрямившись, она расправила плечи и твёрдо взглянула на мужа.

    - Это твои дети! - крикнула она. - Твои! И если ты мне не веришь…

    Растрёпанная, сжав кулаки, она пошла на мужа.

    - Всю жизнь ты мне испоганил, ирод проклятый! Вздохнуть не даёшь! Каждым куском попрекаешь! И так живу с оглядкой! А ты ещё детьми меня попрекаешь? Да после такого… Поди вон! Видеть тебя не желаю! Будь ты проклят!

    Ни разу ещё безответная жена не давала ему отпора, ни разу не гнала прочь, ни разу не повышала голоса. Сражённый её гневом, Ярослав попятился к дверям.

    - Но-но! Забылась, баба, кто ты есть!

    - Забылась? Помню! Всё я помню! Я - дочь Юрия Долгой Руки! И отец мой, и дед мой, и прадед великими князьями были! А твои все со времён Ярослава Мудрого - изгои! Еле-еле Червонную Русь себе отхватили… Да ты должен мне ноги целовать за то, что живу с тобой, что сына тебе родила. А ты… Будь ты проклят! И сам ты! И семя твоё проклятое! И весь род твой! Да прокляты будьте! Да сгиньте все!

    Схватившись за голову, Ольга разразилась рыданиями.

    Ярослав не мог на это смотреть. Ругнувшись сквозь зубы, он бегом бросился прочь. А княгиня осела на пол и, раскачиваясь из стороны в сторону, тихо заголосила.

    Отрыдав, она подползла на коленях к иконам и, подняв на лик Богородицы залитое слезами лицо, перекрестилась.

    - Матушка, пресвятая Богородица, Дева Мария пречистая, яко Спаса родила! - зашептала в исступлении.