– Не убирайте его далеко, – посоветовал Петер. – Скоро канадская граница.

– Туристы?

– Да, – ответил Штефан. – Едем в Монреаль.

Таможенник проверил визы, обошел вокруг автомобиля.

– Все в порядке, – сказал он, жестом приказывая поднять электрический шлагбаум.

– Значит, решено? – обратилась Валерия к Саймону. – Летите в Калькутту?

– Да. Там я смогу как-нибудь устроиться. Мне предстоит все начать с нуля, поэтому я решил вернуться к своим корням.

Они прошли по длинным коридорам, увешанным электронными досками объявлений. Потом на эскалаторе попали на нижний этаж здания аэропорта. Саймон испытал стресс, оказавшись в толпе груженных огромными чемоданами и сумками пассажиров, в этом многоцветном интерьере, где бесконечно звучали объявления диспетчера, перекрывавшие доносившуюся откуда-то музыку. Они прошли мимо вереницы магазинов и киосков и наконец оказались в главном пассажирском терминале.

– А вы втроем в Шотландию? – стараясь, чтобы вопрос прозвучал непринужденно, поинтересовался Саймон.

– Да, – ответил Петер. – Нам нужно еще кое-что сделать. А потом посмотрим.

Они направились к справочной. Ближайший рейс на Калькутту был вечером, с пересадкой в Дели.

В Эдинбург можно было попасть, взяв билеты на самолет компании «British Airways», который меньше чем через час вылетал в Лондон. Оттуда регулярным рейсом они без труда могли попасть в Шотландию.

– Вам нужно поторопиться, – пояснила сотрудница аэропорта. – Посадка начнется меньше чем через пятнадцать минут.

Четверо путешественников отошли к стене, подальше от гудящей толпы. Каждый думал о предстоящем расставании.

– Не думала, что нам придется прощаться так скоро, – с сожалением сказала Валерия.

– Берегите себя, мои юные друзья, – отозвался Саймон. – Мы еще увидимся. Как только у меня появится постоянный адрес, я дам о себе знать.

После паузы он продолжил, с трудом подавляя волнение:

– Здесь наши пути расходятся. Пока мне трудно в это поверить. Я успел к вам привыкнуть. Вам я обязан своей свободой. Спасибо, что вытащили меня из этой дыры.

Штефан первым протянул ему руку:

– Мы будем по вам скучать. Мы тоже многим вам обязаны. В добрый путь! Уж мы-то с вами точно знаем, что для мысли не существует расстояний.

Саймон с улыбкой кивнул и долго пожимал руку юноши. Потом попрощался с Петером и повернулся к Валерии.

– Да хранит вас Дух, – сказал он, целомудренно обнимая девушку за плечи. – Помните о том, что вы не одиноки.

Валерия, встав на цыпочки, поцеловала его в щеку.

– Мы не закончили нашу беседу, – сказала она. – А значит, до скорой встречи…

Трое молодых людей направились к стойке регистрации на европейские рейсы, оставив Саймона в одиночестве. Скоро он затерялся в переполненном людьми холле.

Большая часть пассажиров самолета спала. Стюардессы исчезли в своем отсеке. Фильм давно закончился, и в салоне слышался только равномерный гул двигателей. Несколько упрямцев, не желающих спать, надев наушники, слушали музыку. Валерия даже не дождалась, пока стюардесса опустит спинку ее кресла: она уже давно погрузилась в глубокий сон. Журнал, который она собиралась полистать, так и остался лежать у нее на коленях неоткрытым.

– Ты беспокоишься о Дамферсоне? – шепотом спросил у Петера Штефан.

Голландец удивился: он думал, что его компаньон давно спит.

– Он не отвечает на звонки. Мне это не нравится.

– Не накручивай себя.