Со вздохом она добавила уже спокойнее:

– Фрэнк не верил в случай. Он считал, что за этим словом люди прячут свое неумение управлять ходом событий. Он любил повторять, что наш мир живет не по тем законам, о которых мам твердят с детства. Он увлеченно рассуждал о душе, о нематериальных силах, которые находят отклик в каждом из нас, когда мы даем себе труд прислушаться. И под конец он всегда говорил, что…

– «Наука делает нас слепыми и глухими. Источник всех знаний внутри нас». И он оказался прав.

– Я жила очень просто, – сказала Марта. – И я об этом не жалею. Я никогда не ставила под сомнение то, что видела. Я верю в Бога, верю в то, чему научили меня родители, но больше Всего я верю в Фрэнка. И теперь я уверена, что он говорил правду.

Обычно застолье предваряла торжественная часть с обязательной речью высокого начальства и вручением медалей. Таким образом отставникам давали понять, что они незаменимы, хотя жизнь и течет своим чередом. Сегодня Марте было любопытно услышать, как протокольная служба АНБ объяснит отсутствие генерала Мортона. Ограничатся ли они формальной причиной или выдадут на-гора одну из этих запутанных неправдоподобных историй, которыми так славится Агентство?

Марте пришлось потрудиться, отговаривая Петера от намерения ее сопровождать. Юноша приводил массу аргументов, выстаивал, но Марта точно знала, что даже в своей поддельной униформе и с магнитной карточкой генерала Мортона по территории АНБ он не пройдет и десяти метров. Что касается Марты, то у нее был лучший из пропусков – знакомое лицо и безупречная репутация.

По дороге в штаб-квартиру АНБ, куда она добиралась на своем автомобиле, Марта без конца вспоминала странный вечер, прведенный с Петером. Она поймала себя на том, что в памяти всплывают и события, имевшие место еще в те времена, когда Фрэнк был жив. Оказалось, что чувства, которые она считала давно угасшими, на самом деле живы. Моментами она говорила с Петером, как дальняя родственница говорит с племянником, который приехал к ней в гости с другого континента. Но большую часть времени они вспоминали тот период ее жизни, когда она общалась с Фрэнком, так, словно он вернулся и они наконец встретились после долгой разлуки. Временами она возвращалась мыслями к настоящему, и тогда нереальность ситуации вызывала у нее волнение. Она говорила с двадцатилетним юношей словно со своим потерянным возлюбленным, которому сейчас было бы по меньшей мере лет шестьдесят. Но как бы то ни было, испытав этот шквал эмоций, она вновь ощутила себя живой. Она ничего не смыслила в теориях, которые могли бы объяснить появление в ее жизни этого молодого голландца, но верила своей интуиции, а на остальное ей было плевать…

Подъехав к воротам базы АНБ, она опустила стекло и протянула свое удостоверение личности. Молодой охранник отдал ей честь, взял в руки пластиковую линейку и с ее помощью нашел в списке фамилию и имя Марты.

– Добро пожаловать, миссис Робинсон, – сказал он, делая так своему напарнику открыть бронированные ворота. – Проехав по дороге еще около километра, вы попадете на главный паркинг.

– Благодарю вас, юноша. Не думаю, что память подведет меня в такой ответственный момент! – пошутила Марта.

Открылись тяжелые ворота. Оставив на земле неровный след, поднялась защитная металлическая решетка. Когда путь оказался свободен, Марта нажала на педаль газа так сильно, что взревел двигатель.

Она не была здесь как минимум пять лет. Но тут мало что изменилось, по крайней мере, внешне. Скоро ее взгляду предстало обрамленное высокими деревьями здание – штаб-квартира Агентства. В этот момент Марта впервые осознала, что она намеревается совершить, и сердце ее сжалось. Они с Петером до мельчайших деталей проработали план, но теперь, когда она была почти на месте, все воспринималось по-другому.