— Как Дунька или охрана княгини?

— Не, — отрицательно покачал головой Беда. — Совсем не так. У демона получался живой мертвяк с изуродованной душой, заточенной лишь на убийство и разрушения. Я в таких делах не силён. А вот Алтайскую Ведьму потом поспрашивай. Бабка, как тебя в чувство привела, сейчас с этим разбирается. Давно её такой испуганной не видел.

— А по ведомству Краснова что? — задал я очередной вопрос. — Смогли нападение на усадьбу скрыть от посторонних глаз?

— Полковник сработал грамотно. Как только мы спалили строения, нагнал каких-то непонятных специалистов. И они доклады строчат о том, что на невинное поселение напала группа тварей. Мол, героически оборонялись жители усадьбы, а как только поняли, что с тварями им не совладать, то сожгли и себя, и их.

Краснов уже кучу ведомственных проверок замутил, почему столько тварей беспрепятственно гуляло около столицы.

— Тёмного Князя этим не проведёшь. Уверен, что с его ведома усадьба существовала.

— Главное, чтобы он поверил, что мы пошли по ложному следу, неправильно истолковав найденные улики. А улик там достаточно — полковник подсуетился насчёт них. Не зря всё же Юрка Краснов в жандармы подался! Талант у него наводить тень на плетень!

Ты вот что, Родион, скажи. Что теперь с твоими солдатиками делать? Я пока их не трогаю, но мыслишки есть. В таком состоянии долго не провоюют, поэтому предлагаю хотя бы раз-другой в неделю вывозить на заброшенный полигон. Полковник добро даст и всё правильно обставит.

Я бы их уже дрючить начал, но смущают кандидатуры Мозельской и Аничковой… Сложные барышни по своей родословной, а видеть врагами их отцов не хочется.

— Значит, гоняй пока остальных, а с аристократками чуть позже разберёмся, — немного подумав, предложил я. — Но меня, честно говоря, напрягают ваши непонятные политические игрища. Мозельский, Аничков, ты, Ярина, Краснов… Извини, но вы мне напоминаете свору заговорщиков. Причём именно свору, а не команду. Словно ждёте ошибки друг друга, чтобы утопить товарища. При этом, как понял из обрывков информации, в чём-то сотрудничаете. Предполагаете, что один из вас является Тёмным Князем?

— Рано тебе, Родион, этими вопросами задаваться, — серьёзно произнёс Беда. — Придёт время, всё узнаешь. А пока лежи и выздоравливай. Ну а мне пора.

То, как быстро ретировался внук княгини, дало ясно понять, что влез я в очень сложную, опасную тему. Если уж люди, знакомые не одно десятилетие, так не доверяют друг другу, значит, повод для этого должен быть архисерьёзнейший. И, кроме Тёмного Князя, иных вариантов не вижу. Получается, что одна из кандидатур может являться легендарной тварью.

Кто? Мозельский, Аничков? А может, Краснов или Беда? Или сама Алтайская Ведьма, усиленно изображающая старуху, которой всё надоело в этой жизни? При последнем раскладе выходит, что я сам встал на сторону Тёмного Князя. Иначе тогда зачем меня спасать надо было?

Глава 22

Чпок появился как всегда неожиданно. Просто заскочил на кровать и по-беличьи уселся на жопку, скрестив на груди передние лапки.

— Привет, дружище, — с улыбкой произнёс я. — Ну что? Всё идёт по плану?

— Я б, хозяин, не радовался. Больше так не рискуй! Ладно сам околеешь, но ведь и мне с Дунькой разделить твою участь придётся. Хотя, как ни крути, польза от твоего выгорания тоже имеется.

— Ты про полтора миллиона?

— Не, хозяин. Я про нас с тобой. Чую, что ты хоть и простолюдин простолюдинский пока, но если правильно прокачаем с Алтайской Ведьмой, то мы обы намного сильнее станем.