А вот искра никак не реагировала на мои действия, скупо сверкая где-то впереди. Думаю, если я дойду до нее и попробую взять, то она вытащит из меня душу, и я пополню ряды местных «жителей».

Так что я потерял к ней интерес и продолжал переносить силу в посох, пока не вычерпал все до конца.

Силуэтов уже почти не оставалось, тумана тоже, и я болтался посреди серого ничего, пока не ударил в последний раз.

Сверкнула яркая вспышка, и мне в лицо ударил сильный порыв ветра.

— Спасибо! Спасибо! Беги! Беги!

Услышав последнее, я огляделся в поисках двери, которой, конечно же, нигде не было. Твою ж дивизию! Да что ж за невезение такое!

Но посох все еще был у меня в руках, наполненный силой, а дверь… Дверь и нарисовать можно! Точно!

Сучковатый конец на остатках черной силы прочертил в воздухе большую букву «п», и я в нее влил призрачную и стихийную магию. Ее было немного, но чем богаты.

Сначала ничего не происходило, только легкое дрожание силы вокруг пока еще не существующей двери. Я перевел взгляд на искру, которая продолжала мне призывно подмигивать.

— Да потухни ты, наконец! — не выдержал я, кинув в нее сгусток призрачной силы.

К моему удивлению, когда он достиг золотистого сияния, то очертания искры стали меняться. Теперь я видел перед собой огромный глаз, который смотрел на меня и, кажется, был явно недоволен.

— Иди к черту, — махнул я на него рукой и снова глянул на дверь.

Дрожание рисунка стало сильнее, края начали наливаться цветом, в основном черным, но мне и такое подходило. А потом появилась ручка. Простая, грубо вырезанная из куска дерева. Висящая в воздухе.

Я потянулся к ней и едва коснулся, сразу же проступили очертания двери. Ее-то я и распахнул, а потом сделал уверенный шаг из магической ловушки, выйдя прямо возле старухи.

— Какая мерзость, — выдохнул я, оглядываясь по сторонам.

Определенно это было то самое место, в которое я пришел. Те же скалы, ровная площадка с теперь уже едва заметными силуэтами, тот же камень. Чуть поодаль все так же стояла Василиса с Жу. До последнего боялся, что меня забросит в море.

Увидев их в целости и сохранности, я выдохнул.

— Награда не получена. Готовься к смерти! — вдруг изрекла старуха и сделала шаг ко мне.

— Да пошла ты к черту! — гнев вскипел мгновенно.

Старая карга сидела здесь уйму времени, пленила до черта душ и теперь хотела меня убить. Как бы не так!

Магии во мне не осталось, но зато был посох, который я с размаху и опустил на косынку старухи. Раздался глухой звук, как если бы я ударил палкой о камень. Хотя так оно и было. Живой стала статуя, и своих свойств она не поменяла.

Но разве меня это остановит?

В течение двух минут я со всей своей силой колотил по старухе, отбивая от нее целые куски. И даже когда она осыпалась, не успокоился, стараясь раздробить все в мелкое крошево.

Как только от нее осталась одна пыль, я вдруг почувствовал на плече чью-то руку. Резко развернувшись, я увидел перепуганное лицо Василисы.

— Леш, ты как?

— Нормально, — сквозь зубы ответил я.

Гнев все не утихал, но голова уже начинала соображать.

Увидев, что статуя полностью разрушена, я порывисто обнял Васю, вдыхая аромат сирени от ее волос.

«Все хорошо, архимаг, все закончилось», — говорил я сам себе мысленно, поглаживая спину девушки.

Нет, не все, одернул я себя. Еще три тени на площадке остались. Их тоже нужно отпустить.

Отстранив Васю, я решительно шагнул к ним.

— Моугилы под плитоу, — подсказала Жу.

— Это прекрасно, но у меня не осталось сил, чтобы ее поднять.