И только чёрная свеча была чужеродным элементом в этом царстве разрухи. Её дрожащее пламя внушало одновременно и ужас, и надежду. Кто-то зажёг её. Совсем недавно — она сгорела от силы на четверть.

— Валентина? — голос Оливии прозвучал глухо, когда она начала подниматься по скрипучей лестнице на второй этаж.

Телефон зазвонил снова, заставив её вздрогнуть. Опять скрытый номер. Она уже хотела сбросить, но вспомнила наказ из DKMS: быть на связи круглосуточно.

— Да? — ответила она дрожащим голосом.

И снова надежда обернулась острым осколком стекла, вонзившимся в сердце, когда она услышала, кто так настойчиво её искал.

— Фрау Раух? Это Штрахниц.

Полицейский. Чёрт.

Хотя… нет. Может, это и к лучшему. По крайней мере, она не совсем одна в этих пустых, тёмных комнатах.

— Что-то мне подсказывает, что вы собираетесь совершить большую глупость.

Оливия не нашлась что ответить. Она молча вошла в спальню, где на полу темнел прямоугольник пыли, некогда бывший основанием двуспальной кровати.

— Вы ещё здесь? — спросил Штрахниц.

— Да.

— Вы поехали к дому.

— Вы же знали.

На том конце провода слышался шум машин — он всё ещё был в дороге. Его голос звучал напряжённее, чем во время их исповеди на стоянке.

— Поэтому и звоню. Убирайтесь оттуда. Немедленно. Есть кое-что, чего вы не знаете.

— Что?

— Дом подключили к канализации очень поздно. Раньше там была выгребная яма. Раз в месяц приезжала ассенизаторская машина…

— Я не понимаю, при чём тут…

— Яму так и не засыпали. Она пустая. И кто-то прорыл из неё ход в подвал со стороны дороги. Понимаете, что это значит?

— Тайный вход, — прошептала Оливия.

И оттуда в любой момент мог появиться кто угодно.

В ту же секунду снизу раздался резкий хлопок, похожий на выстрел. Оливия вскрикнула и так резко обернулась к лестнице, что перед глазами всё поплыло.

— Что это было? — голос Штрахница звенел тревогой.

— Не знаю. Наверное… ветер.

Нет. Теперь она была уверена. Осветив пролёт лестницы, она увидела, как входная дверь снова ударилась о косяк от порыва ветра. Тот же звук.

— С вами всё в порядке?

— Да.

— Хорошо. А теперь уходите оттуда, слышите? Пока не случилось беды.

— Уйду, — солгала она, начиная спускаться.

Телефон издал короткий сигнал, оповещая о втором вызове. Оливия попросила Штрахница подождать.

— Элиас? Есть новости?

— Безумие! Вы сидите? Сядьте, потому что, клянусь, то, что я вам скажу, просто снесёт вам крышу!

Глава 62

Её аспирант говорил так, словно пробежал марафон: задыхаясь, срываясь, выплёвывая слова вместе с воздухом.

— Что ты выяснил?

— Вы мне не поверите!

Оливия замерла перед дверью, за которой, судя по всему, находилась ванная.

Голос студента перешёл на визг.

— Мы ошибались! Все ошибались! Даже врачи, которые её допрашивали! Андреа… в протоколах всё неверно! А потом Валентина молчала годами, пока не попала к доктору Роту!

— Так кто она?

— Не она. Он!

— Что?..

— Я же говорю, я всё перепутал! — выдохнул Элиас, его голос пищал от возбуждения. — У меня здесь чёрным по белому! Теперь всё сходится! Он — мужчина! Андреа — это мужчина!

— Да что, чёрт возьми, ты несёшь? — выдохнула Оливия, толкая дверь ванной.