— А что, без тебя никак? — тихо спросила у него женщина.

— Никак, — коротко ответил Цветок.

Женщина ничего не сказала, лишь вздохнула.

…В глубине тоннеля было тихо. Но и разведка отчего-то не возвращалась, хотя, по всем предположениям, пора было ей и вернуться. Встревоженный Маугли хмурил брови. Что с четырьмя разведчиками, отчего они не возвращаются? И если они не вернутся, что делать дальше? Ждать? Но чего именно ждать? Кого ждать? Да и сколько ждать?

После коротких размышлений Маугли решил так: он подождет еще десять минут, и если за это время разведчики не вернутся или хотя бы не дадут о себе знать, он отправится в глубь тоннеля вместе со всем своим отрядом. Впрочем, пойдут не все: у входа в тоннель останется женщина и раненый Цветок, а также группа прикрытия из четырех человек. Двух спецназовцев — Музыканта и Горца — Маугли также заберет с собой. Потому что если разведчики так и не дадут о себе знать, то, значит, там, впереди, дело худо. Там засада. А может, там заминировано. А возможно, и то и другое. Значит, спецназовцам придется принимать бой. И в том бою будет важен каждый ствол.

А спасенную женщину-агента Маугли поручит Цветку — больше некому. Что с того, что Цветок раненый? Раненый — не значит мертвый. Это во-первых. А во-вторых, даже если спецназовец и раненый, он все равно спецназовец. Оставался еще вопрос — как быть с мертвым Червонцем? Хотя и тут имелся ответ: его захватят с собой бойцы группы прикрытия, когда будут догонять основной отряд. Ну, а если они погибнут, прикрывая отряд с тыла, тогда… А что тогда? Тогда будет видно. А сейчас главное определиться, что случилось с разведчиками. И как быть дальше.

Однако десяти минут ожидания и пребывания в неизвестности не потребовалось. Потому что через семь минут и тридцать пять секунд где-то впереди, а значит, в том месте, куда ушли разведчики, раздались одиночные выстрелы и автоматные очереди. Много ли было выстрелов, определить было невозможно. Эхо в туннеле множило их на невообразимое число. Но тем не менее ясно было одно: разведчики были живы, и сейчас они ведут бой. С кем? Понятно было и это — с засадой, которую бандиты организовали в тоннеле. Ну или, может, не с засадой, а с заслоном, что в принципе было одно и то же.

— Идем туда! — Маугли указал рукой в глубь тоннеля, откуда по-прежнему раздавалась какофония из выстрелов и многократного эха, повторявшего выстрелы. — Музыкант, Горец — вы идете тоже! Группа прикрытия остается на месте! Цветок и женщина остаются тоже! Цветок, ты отвечаешь за женщину!

Для спецназовца собраться в бой или изготовиться к бою — дело недолгое. Несколько секунд — и спецназовцы уже были готовы.

— Полетели, скворцы! — скомандовал Маугли.

Передвигались по двое, буквально вжавшись в стены. Один — с левой стороны, другой — с правой. Через пять метров точно такой же маневр повторяла другая пара спецназовцев. За ней — третья, четвертая и так далее. Всего было четырнадцать спецназовцев, то есть семь пар. Пятеро бойцов остались у входа в тоннель: четыре бойца группы прикрытия, раненый Цветок плюс мертвый Червонец.

Чем дальше в глубь тоннеля, тем становилось темнее. Но фонарей спецназовцы не зажигали, чтобы преждевременно себя не выдать. Двигались ощупью, хватаясь руками за стены и выступы на них. Ступать при этом бесшумно нужды не было — все равно звуки выстрелов заглушали их шаги. Выстрелы между тем звучали все громче, в промежутках между ними раздались три гулких взрыва, которые старательное эхо сразу же помножило в невообразимое количество раз.