Адептка уже перестала обращать внимание на то, как густой подлесок расступается перед колдуном. Как сторонятся веточки, от самой большой до самой крошечной, пропуская могучего и мрачного хозяина. И как потом смыкаются за Гвин так, что возможностей возвратиться тем же путем не остается.

Впрочем, идти было на удивление легко. Адептка отметила про себя, что из-за густой мелкой поросли снега на самой земле довольно мало. Даже слышно, как хрустит под ногами заиндевевшая листва. Оставалось лишь гадать, насколько большое расстояние им удастся преодолеть по этой части леса. Гвин смутно помнила по картам, что впереди их ждала не только непроходимая старая чащоба, но еще пара речушек и замерзшее болото. Оставалось рассчитывать, что мороз не усилится. В противном случае ей придется прибегнуть к чарам, дабы они оба не замерзли насмерть.

Адептка мысленно перенеслась на три дня вперед, когда она уже вновь окажется дома и будет праздновать Йоль в тепле и уюте. Замок наверняка украсят к празднику по приказу короля. А уж она принарядится так, что все гости умрут от восхищения. И обязательно порадует их каким-нибудь красивым заклятием. Конечно, Девана будет поначалу злиться, что Гвин не желает ее обучать такому. Но, быть может, это позволит им с принцессой постепенно сблизиться. И, глядишь, девочка начнет к ней прислушиваться.

– Я так понимаю, ты не рассказала никому из них, кто я. – Низкий голос спутника отвлек Гвин от приятных мечтаний.

Иврос обернулся через плечо.

– Что ты колдун с древней кровью? – уточнила женщина.

– Да. – Он кивнул. – Или все-таки кому-то рассказала?

– Конечно нет. – Гвин поскользнулась на широком куске опавшей коры под снегом, но смогла удержать равновесие. – Им незачем знать.

– Спасибо. – Он перешагнул через поваленное дерево. Остановился. Подал ей руку.

Адептка нехотя приняла помощь, отметив, что колдун надел под плащ плотный серо-синий камзол с руническим рисунком. Под воротом виднелась теплая рубаха. Он даже надел кожаные наручи с истершимся золотым узором и весьма крепкие высокие сапоги. Наряд говорил о том, что, несмотря на всю природную выносливость, мужчина позаботился о комфорте в дороге. Не хватало лишь одного.

– Ты не взял с собой оружия. – Гвин сделала вывод вслух.

Иврос отвел в сторону другую полу плаща, продемонстрировав спутнице короткий меч в ножнах, который в сравнении с габаритами мужчины больше напоминал очень большой кинжал.

– Но оно мне ни к чему, – заметил колдун. Он усмехнулся: – Не забывай, что я сам – оружие. Независимо от того, нравится мне это или нет.

Он снова пошел впереди.

– А я вот ношу с собой топор, – пожала плечами адептка. – Жизнь меня научила, что не всегда можно войти в транс и что-то предпринять, но всегда можно метнуть его меж глаз недоброжелателю. Да и вообще. Топор – очень весомый аргумент в спорах, знаешь ли.

– Да, я помню, – Иврос оглянулся, – славное оружие. С рунами. Наверняка дверги ковали?

– Дверги? Нет. Обычный топорик. Просто маленький. Мне его подарила тетушка. Руны, кстати, тоже она нанесла. И меня рунам обучила. Ты бы ее видел. Она очень необычная женщина. – Гвин печально усмехнулась. – Уверена, она бы тебе понравилась.

Адептка вздохнула. Ей вспомнилась тетя Керика. Единственный человек на всем белом свете, способный возражать ее отцу. И единственный человек, к которому отец прислушивался в минуты сомнений. Вот бы она оказалась здесь.

Незаметно для себя Гвин пошла медленнее, потому что снег стал глубже, а подлесок – реже. Несмотря на то что она старалась наступать в следы Ивроса, адептка немного отстала.