То, что автокатастрофу устроил кто-то другой, например, Светозар Михайлович — я умолчал.

— Так. То есть вы защищали свой двор. Это разумно. И может потребовать экстренных мер. Вы не догадываетесь, почему они ею так интересуются?

— Высокий уровень сечения, я полагаю.

— О. Вы знаете, что в данном случае вы нарушили положение Сословной Комиссии о перемещении высокосенсетивных крепостных между губерниями от девяносто девятого года? Что об этом необходимо было докладывать в несколько инстанций, в том числе нам? И что за это ответственность вплоть до уголовной?

Холодок пробежал по спине. Станимир Тадеушевич аж побелел от страха. Ещё бы — решение идти в Тайную Полицию было предложено им, и он то ли не нашёл ничего лучшего, то ли просто не подумал обо всех рисках и тоже не знал об особом порядке.

— Честно говоря — не догадывался даже.

Роман Романович вздохнул.

— Высокий — это насколько?

— Шесть и семь, насколько помню. Нет телефона под рукой, так бы посмотрел в «Моём дворе».

— Ну, слава богу. Да, высокий. Да, за такой могут охотиться. Но ниже семи с половиной. А значит, что под действие закона вы не подпадаете.

На этих словах я впервые задумался. Вспомнил, как Анука в одиночку усыпила целый порт. Как усилила меня в момент лечения. Точно ли у неё шесть и семь процентов, всего на полтора процента больше моего? И может ли быть два с лишним навыка у четырнадцатилетней девочки при таком высоком, но не запредельном показателе?

— Вы задумались, — поймал моё выражение Роман Романович. — Я бы мог сейчас снова залезть к вам в голову, но я я догадываюсь о чём. Представим, что я ничего не заметил и ни о каких подлогах и медицинских ошибках не знаю. Ваше досье выглядит достойным. Хотя я всё ещё не понимаю мотивы. Сберечь? Спасти? Либо, может быть, личный интерес по выращиванию хорошего генофонда для дальнейшего высокопородного разведения?

Я покачал головой.

— Нет, мне неприятны разговоры о таком. В первую очередь, у меня возникло желание её защитить. Я сам имел в прошлом неосторожность похвастаться наличием такого… актива. Отчего преступные группировки и проявили к ней повышенный интерес. И считаю необходимым это исправить. Кроме того…

— Кроме того, вас кто-то попросил об этом. Как правило, такую ответственность за полезных крепостных проявляют родители молодого дворянина. Но вы же понимаете… Что теперь вы потеряли этот актив. Что по документам Анука пропала без вести, а девочка теперь совсем другой национальности, и её зовут…

— Анканы, — подсказал Станимир Тадеушевич.

— Да. И что теперь она не крепостная. Это значит, что цель подобного переезда и перепрятывания — либо чисто-альтруистическая, либо какая-то очень сложная и прагматическая, и вы просто о ней не знаете. Дайте угадаю. Вы… кандидат? Кажется, так это называется.

— Кандидат, — я кивнул.