В этот миг пара пуль попала в корму автомобиля — удивительно, но до салона не долетели. Видимо, остаточная защита всё ещё работала даже после размыкания контура с сенсом. Я обернулся, чтобы передать, она указала на соседку:

— Ранена. Ты можешь лечить.

— Не время.

Она кивнула, и я сунул ей в руки прибор. Анука расстегнула ожерелье на шее, я почувствовал характерный жар сильного сенса даже через спинку кресла. Кристалл тут же засиял гораздо ярче.

Выстрелов позади стало меньше. Одинокая встречная фура показалась из-за поворота, возникла надежда, что она столкнётся с преследователями, но это не произошло.

— Так… пожалуй, надо попробовать, — пробормотал Станимир Тадеушевич. — Эльдар, держи руль.

Я отстегнулся, дотянулся до баранки, следя за дорогой. Он достал из-за пазухи аккумулятор — тот самый, что я привёз ему. Сжал кристалл в руке, опустил стекло, быстро глянул назад. Пара пуль тут же просвистела мимо.

— Метров пятьдесят, — покачал он головой. — Не прицелюсь. Может, силой…

— Что ты хочешь? — спросил я.

— Сдвинуть их. Навык… кинектика. Чтобы в столб или в дерево. Но… не, не выйдет. В кристалле кейтов семь. Я слабый, добавлю от силы пару. На такой скорости не хватит, чтобы даже в сантиметр машину сдвинуть.

Моя рука продолжала придерживать руль, и тут же в голову пришла мысль.

— Зачем сдвигать саму машину, если можно сдвинуть руль?

— О, Циммер, ваше племя всегда было сообразительным. Снова держи наш. А я разберусь с их рулём.

— Щит больше нет, — сказала Анука. — Кристалл выключается. Глушилка. Я не могу больше…

— Значит, у них тоже есть сенсы… Так, ну… была не была, — сказал Станимир Тадеушевич.

Он стал напевать какую-то странную мелодию и снова высунул голову из машины. Я мельком взглянул в зеркало заднего вида — машина преследователей дёрнулась в сторону, свернула с трассы и врезалась на полном ходу в ближайший столб.

— Кажется, всё. Фу-х…

Наш водитель откинулся на спину кресла, и я подумал, что он сейчас отключится, но спустя пару секунд он перехватил руль и сказал:

— Но расслабляться не стоит. Может, машин было несколько…

— Наверняка.

— Кто мог знать?

— «Единороги». Банда молодых ребят с Урала, моих однокурсников. А может, и нет.

— Я не особо разбираюсь в криминальных организациях, но это совсем не похоже на работу юношей-аббисов. Скорее всего, за ними кто-то стоит. Какая-нибудь «Северная лига».

Я обернулся. Анука сидела, опершись лбом о боковое стекло. На миг мне стало страшно — случилось ли с ней что-то? Но она словно увидев мой взгляд — тут же оглянулась, нащупала под воротником ожерелье и снова соединила звенья.

— Всё хорошо. Устать, — кивнула она.

— А твоя соседка?

— Я усыпила её. Чтобы не болеть.

— Молодец.

— Очень. Очень способный ребёнок, — покачал головой Станимир Тадеушевич. — Сколько навыков? Три? Четыре? В каком возрасте, в четырнадцать лет? Вы хоть понимаете, что это никак не шесть процентов.