Чтобы не тратить время, Март на ходу вытянул «браунинг» левой рукой и, сбросив флажок предохранителя, открыл огонь, благо заранее взвел оружие и дослал патрон в патронник. Сейчас ничто не мешало ему на полную катушку использовать свое преимущество. Враги почти ничего не видят, а для него они как на ладони.

Продолжая стрелять, он бежал прямиком к еще одной группе нападавших. Его заметили и попытались бросить тяжелую противотанковую гранату. Но здоровенный гренадер не успел, только он сорвал чеку, как девятимиллиметровая пуля угодила ему точно между глаз, вышибив из развороченного затылка куски мозгов и сгустки крови.

Теперь уже и сам Март не стал спешить сближаться, а, нырнув в снег, прокричал: «Бойся!» – продублировав мощным энергопосылом обоим своим напарникам. Так что они поневоле рухнули на землю.

Грохнуло. Первой рванула тяжелая граната, потом вслед за ней сдетонировал и заряд взрывчатки, заготовленный для уничтожения корабля. На мгновение все вокруг окрасилось алым и заполнилось огнем. В эпицентре взрыва не уцелел никто. Но бой продолжился. Остатки диверсантов из группы прикрытия после того, как смогли подняться на ноги, бросились бежать в сторону стоящего неподалеку грузовика с теплым кунгом.

– Врешь, не уйдешь! – азартно выкрикнул Март, и все трое бросились вдогонку за диверсантами и настигли их уже возле грузовика, так быстро враг убегал, побросав оружие.

Сбив ближайшего с ног, Март выстрелил в скат автомобиля и крикнул:

– Руки вверх, на колени! А теперь мордами в снег и не шевелиться. Убью!

Водитель и последний из боевиков послушно выполнили приказ. Тут подоспели и Виктор с Игнатом, быстро скрутив пленников.

– Вроде все, – просканировав через «сферу» окрестности, не совсем уверенно пробормотал Колычев, потом встряхнул одного из захваченных врагов, сорвал защитный амулет и, прямиком вломившись в его сознание, считал нужные сведения. – Да, точно. Больше нет. Остальные кончились.

– Куда пленных складывать? – сплюнул даже не запыхавшийся после беготни Вахрамеев. – Может, сразу того…

У Марта не было никакого намерения разводить церемонии и соблюдать конвенции, проявляя заботу о попавших в его руки врагах. Он повторил освоенный только что прием. Сняв с пленных защитные амулеты, жестко влезая к ним в «мозги», принялся методично потрошить, вытягивая все, что мог. Где находились, чем занимались ранее, контакты, где жил главарь, где и как происходили встречи с заказчиками.

Сведения текли рекой прямиком в память искина, где немедленно подвергались проверке, систематизации и анализу. Адреса накладывались на карту, выводилась информация по владельцам зданий, телефонам, счетам, то есть всему, что было в открытом доступе.

И выходило, что даже в столице империи, почти не таясь, давно и успешно действуют целые команды профессиональных убийц, диверсантов, вымогателей и грабителей. А причиной тому – интересы очень важных людей. Там, где очень большие деньги, всегда будет соблазн применения неконвенциональных методов. Хотя, кто знает, может, по нынешним временам именно такие средства борьбы – в законе?

Степана уже не вернуть, и, когда горячка боя ушла, Март отказался от идеи пустить всех пленников в расход, как расплату за смерть механика. А вскоре вопрос решился сам собой. С воем сирен на взлетное поле подкатили броневики со спецназом, а рядом с успевшей приземлиться «Птицей», шумя винтами, сел полноценный бронированный штурмбот с эмблемой Отдельного корпуса жандармов на борту.

– А у вас тут весело! – заметил командовавший всем этим парадом ротмистр.