– Куда же вы, мой рыцарь? – почти простонала ему в спину девушка, после чего некоторое время крепилась, но, в конце концов, не выдержала и расхохоталась.

– Что тебя так развеселило, Сашенька? – поинтересовался вышедший вместе с остальными отец.

– Да так, ничего, – ответила девушка, подскакивая к отцу, но, заметив внимательный взгляд Марта, сочла необходимым пояснить: – Просто мне рассказали очень смешную историю.

– И кто же это шутник?

– Ах, право, я совсем забыла его имя… такой, знаете, довольно изящный молодой человек в камер-юнкерском вицмундире.

– Понятно. Очевидно, речь о молодом графе Мордвинове, – сообразил хозяин дома.

– И что же он вам рассказал? – сам не зная на что, разозлился Колычев. Опыта общения с девушками у него хватало, но вот в роли жениха он оказался впервые и пока никак не мог найти нужной тональности, что ли, от чего и раздражался еще больше.

– Видите ли, Мартемьян Андреевич, – виновато потупила взор барышня. – Я не очень хорошая рассказчица. Но уверена, что если вы спросите графа, он вам с удовольствием повторит свой рассказ!

– Вы думаете? – насторожился жених, не понимая, в чем подвох.

– Конечно. Уверена, он будет очень рад оказаться вам полезным.

При этих словах явно о чем-то догадывающиеся Сикорский с Колчаком с трудом сдержали улыбки, а Зимин успокаивающе потрепал воспитанника по плечу.

– Как-нибудь в другой раз. А теперь нам, пожалуй, пора. Саша, ты ведь навестишь нас с Мартом?

– Oui, bien sûr, papa.

– Надеюсь, вы не будете возражать? – вопросительно взглянул на бывшего тестя каперанг.

– Нисколько.

– В таком случае до встречи, дочь. Господа, честь имею!

Так уж случилось, что все люди подвержены болезням. Неважно, хорошие они или плохие, бедные или богатые, принадлежат к высшим слоям общества или подметают улицы. Все болеют, стареют, а затем умирают. И что характерно, им это категорически не нравится. Именно поэтому появились легенды о вечно живущих богах и героях, над которыми оказалась не властна старость, а то и сама смерть.

Но сказки и былины – это одно, а реальная жизнь – совсем другое. Поэтому в императорской медицинской академии и других научных учреждениях лучшие умы России не покладая рук искали возможности излечения самых разных заболеваний. И именно сюда доктор Крылов с Колычевым привели робеющего перед обилием медицинского начальства Вахрамеева.

– Так вы утверждаете, что еще несколько месяцев назад этот человек страдал от хромоты и прогрессирующего артрита? – вопросительно посмотрела на молодого человека академик, гросс, разработчик вакцин и пенициллина Зинаида Виссарионовна Ермольева.

– Простите, я не специалист, – пожал плечами Март, – диагноз ставил доктор Крылов.

– Но как же вы в таком случае принимали участие в лечении?

– Видите ли, Зинаида Виссарионовна, – попытался вмешаться Павел, но целительница мягко остановила его.

– Коллега, вы же понимаете, что на ученом совете вас поднимут на смех?

– Но что делать?

– Нужны тщательные исследования под присмотром ведущих специалистов, имеющих несомненный авторитет в научном мире…

– Нет! – решительно возразил Март.

– Что нет?

– Я не согласен передавать технологию лечения кому бы то ни было!

– Но у вас еще нет «технологии»!

– Есть.