— Где там? — терпеливо поинтересовалась я.

— Там, где я живу, — невозмутимо ответила эта невозможная девица.

Я нервно сдунула прядь волос, упавшую мне на лицо.

— А где ты живешь?

— В Шангри-Ла, — ответила она, посмотрев на меня туманными глазами.

Приплыли!

Моим следующим желанием было послать ко всем чертям эту блаженную, не от мира сего девчулю, открыть дверцу авто и сказать ей, чтоб выметалась, и как можно быстрее. Но я себя сдержала. Ведь эта ненормальная снова начнет бесцельно шататься по улицам и, не дай бог, повторит свои попытки переходить дорогу в неположенном месте. Либо нарвется на очередного неуравновешенного идиота. А в лучшем случае — ею заинтересуется полиция.

«Взялась помогать людям — так помогай до конца!» — поддел меня внутренний голосок, который зачастую бывает прав, поэтому я к нему прислушиваюсь.

Я досчитала про себя до трех и спросила:

— Значит, ты живешь… как ты сказала? Шри-Ланка?

— Шангри-Ла, — все с таким же беспечным спокойным выражением лица ответила она.

— Отлично! А адрес имеется у этого твоего… Шангри-Ла?

— Мы туда не поедем, — как ни в чем не бывало заявила она.

— Почему? — сдержанно спросила я. Она молчала, поэтому я продолжила: — Буквально десять минут назад ты заверила меня, что желаешь съездить в свою квартиру, забрать паспорт и кое-что еще. Зачем ты мне сейчас выносишь мозг какими-то…

— Мне нужно навестить маму, — перебила она меня.

— Что?..

— Маму и папу. Я соскучилась, и мне нужно к ним.

Теперь настала моя очередь промолчать, ибо я была вынуждена это сделать. Видимо, мои планы на сегодняшний день нисколько не интересовали девушку, и она никак их не связывала со своими. Наверное, она была права. Тот, кто собирается оказывать благодеяние, должен быть готов к таким поворотам, если только он не настроился на любование собственной персоной.

Я слегка развернулась в ее сторону и пристально посмотрела в ее лицо.

— Ты в этом уверена?

Она лишь молча кивнула.

— Хорошо, я отвезу тебя к твоим родителям. Ты ведь имеешь в виду кладбище? Где похоронены твои родители?

Вероника довольно неопределенно махнула рукой.

— Там, — сказала она.

— Там — это где? В Шангри-Ла? — не сдержалась я.

— Возможно, и там. Но мне пока туда никак не попасть. Я пока что в этом бренном, примитивном и жестоком мире… — таинственно ответила она.

— Это кладбище в Сосновке? — спросила я.

Вероника на минуту задумалась, а потом неуверенно кивнула головой. Я заставила себя в очередной раз погасить нарастающее раздражение и сказала:

— Отлично. Значит, отправимся сейчас туда. Но обещай мне, что после того, как ты посмотришь на могилку, мы поедем все-таки к тебе на квартиру, как и планировали до этого. Договорились?

С тем же успехом я могла бы разговаривать с пустым креслом. На бесстрастном лице Вероники ровным счетом ничего не отразилось, и мне осталось только убеждать себя, что ее молчание было не чем иным, как знаком согласия.

Так или иначе, но идти на попятную было поздно. Я завела двигатель и тронулась с места. А когда вырулила на широкий проспект, то надавила на газ и погнала в направлении окраин. Кладбище в Сосновке находилось довольно далеко, практически за городом, и, в общем-то, добраться до него общественным транспортом было испытанием не из легких. В этом плане моей спутнице повезло — при самом худшем раскладе на машине мы должны были добраться туда минут за двадцать пять, не больше.