— Вы, наверное, своих всех в лицо знаете? — спросила я. — Раз часто ездят…

Она солидно кивнула.

— Многих знаю, конечно. Городок не больно-то велик. Вот вы точно не местная! — уверенно сказала она.

— Верно. — Я улыбнулась. — А раз в основном ездит молодежь, то они могут тут примелькаться.

— Да всех не упомнишь, к тому же сейчас, сами знаете, времена другие пошли. Молодежь-то редко к кассе подходит, все в своем интернете билеты берут. Ох, придет время, и кассиры совсем будут не нужны. — Женщина горестно вздохнула.

— Раз уж мы заговорили о молодежи, то я уверена, вы сможете мне помочь. Дело в том, что я журналист из Тарасова, — сказала я и сделала вид, что полезла в свою сумочку, чтобы извлечь из нее свой «левый» документ, если вдруг любопытная кассирша его попросит. Она не попросила.

— Вот как! Это очень любопытно. И что же вас привело в наш скромный городок? — Теперь женщина смотрела на меня с еще большим любопытством. — И знаете, что… — она даже оторвалась от своего кресла и подалась в сторону двери, — подходите сюда, а то через стекло неудобно разговаривать.

Женщина открыла дверь и пододвинула к проходу кресло. Я встала напротив — согласна, так разговаривать было намного комфортнее.

— Меня зовут Татьяна. Понимаете, мы часто делаем репортажи из таких вот скромных, как вы выразились, городков. Особенно нас интересует вопрос молодежи. Чем сейчас в таких местах занимаются молодые люди, кроме того, что большинство учатся. Как обстоят дела с преступностью среди несовершеннолетних. Есть ли пьянство и тому подобное…

Кассирша посмотрела на меня теперь со жгучим интересом, явно втягиваясь в мою игру. Потом глубоко вздохнула и неожиданно ответила:

— Пороть их некому!.. У меня сын, слава богу, путевый. Выучился и махнул в Москву. Даже мне иногда денежкой помогает. А так что же… Всякое тут у нас бывает. Но молодежь в основном самогоном балуется. Но не думаю, что я вас этим удивила. Тоже мне сенсация! Во все времена была эта самогонка, будь она неладна! А так, да… особенно по теплу и если какой праздник, вот день города был — по улице пройти нельзя, да и лучше не выходить вечером. Зальют глаза и морды бьют друг другу. Мне кажется, они везде есть, но не могу сказать, что у нас их прям много. Ну, встречать не приходилось.

— Согласна, вы мне описали ситуацию, типичную для таких населенных пунктов. Поэтому спрошу конкретнее: был слух, что у вас тут молодежь в какие-то секты организуется. Вы что-нибудь слышали про это?

Кассирша недоверчиво посмотрела на меня и махнула пухлой рукой.

— Да бросьте вы! — сказала она со смешком. — Какие секты! Вот, церквушка стоит одна на весь городок, и то там молодежи сроду не увидишь.

— Церковь — это немного другое… — начала было я, но не стала развивать эту тему. Поэтому спросила о другом: — А в округе что тут у вас? — Я вспомнила, что Вероника говорила о Красноармейске как-то расплывчато.

— Да ничего особенного у нас в округе, — откликнулась словоохотливая кассирша. — Чего тут? Степь да степь.