Должности министров тоже продавались и покупались, но стоили гораздо дороже, потому что обещали большие дивиденды. На министерские должности сбрасывались коллективно, продвигая во власть нужных людей, которые потом благодарили “спонсоров” квотами, налоговыми и таможенными льготами.

При таком раскладе честные люди попасть в правительство не могли по определению, потому что у них на это не было денег.

На Большого Начальника тоже скинулись. Он сел в кресло министра и щедро расплатился со своими благодетелями, не забыв себя. Себе он взял больше, чем дал им.

На него обиделись и попытались снять с должности. Но это было уже невозможно, потому что он, что называется, “пустил корни”. Для чего ему пришлось вылизать до блеска не одну чиновничью задницу и сдать многих из прежних приятелей. И пришлось раздавать взятки в виде вилл на берегах Средиземного моря, дорогих яхт и победительниц специально для этого организованных региональных конкурсов красоты.

Кто хочет много получать — должен много вкладывать. Это закон не только бизнеса, но и политики. Он вкладывал много и поэтому быстро шел в гору.

Придуманная основоположником марксизма-ленинизма формула “деньги — товар — деньги” в условиях новорожденного капитализма работала как нельзя лучше. Только товаром здесь была не мануфактура или средства производства, а власть. Деньги продвигали во власть, власть обеспечивала приток новых денег.

Все больших и больших денег. Хорошо организованный в стране бардак позволял прибирать к рукам не только то, что плохо лежит, но и то, что лежит очень хорошо. Предприятия, приносящие миллионные прибыли, уходили за бесценок. Если дирекция начинала артачиться, завод задавливали ведомственными проверками и по-быстрому банкротили. Что было нетрудно, учитывая должность Большого Начальника.

Очень скоро и как-то сам того не заметив, он вошел в двадцатку наиболее влиятельных людей государства. Впереди оставалось не так уж много ступенек, но эти ступеньки давались труднее иных лестничных маршей. Эти ступеньки нельзя было купить, их можно было только отвоевать.

Он бросился в драку и потерпел ряд сокрушительных поражений. Созданная многолетними трудами империя стала рушиться на глазах. Тут уже стало не до жиру...

Он уже начал было отказываться от тщеславных планов, но тут судьба свела его с Ивановым. С помощью которого он быстро поправил свои дела. И вернулся к подзабытым мечтам.

А почему бы нет?.. Раз все так удачно сошлось, то отчего бы не попробовать перетасовать политическую колоду? Сколько можно ходить в “шестерках”? Надоело ему ходить в высокопоставленных “шестерках”. Захотелось пролезть в тузы. Может, не теперь, может, позже, через восемь или двенадцать лет. Для чего нужно...

Нужно было многое. И, в первую очередь, деньги. Денег было более чем достаточно для покупки престижных машин, самолетов и вилл за рубежом. Но было мало для ведения избирательной кампании. Даже самый простенький пиар требовал вложения гигантских средств. Которых не было.

Но которые можно было попытаться добыть, перехватив у одного хорошего знакомого пяток миллиардов долларов. Этим знакомым был Иванов. Все тот же Иванов. Его ангел-хранитель. В обличье черта.

По прикидкам привлеченных экспертов, у Иванова, с учетом набежавших процентов и капитализации, должно было быть не меньше десяти-двенадцати миллиардов. Причем живых миллиардов, потому что они находятся не в обороте, а в банках! За такие “бабки” не то что Россию — Америку можно с потрохами купить!

Сколько у нас граждан, достигших избирательного возраста, — миллионов сто? Поделим десять миллиардов на сто миллионов, получится.