Это если даже чисто арифметически. А есть еще политтехнологии. Личное обаяние. И преемственность традиций. Ведь те миллиарды не просто деньги, а деньги Коммунистической партии Советского Союза, по временам которого сохнет чуть не треть населения страны. Так что если привязать к деньгам запоминающиеся патриотические лозунги, пару узнаваемых, из прошлого, физиономий и щедрые посулы...

То шанс появляется. И еще какой шанс! Такой, на который имеет смысл ставить! На который глупо не ставить!..

— Ты уверен, что это он?

Иванов перемахнул через забор и упал на асфальт, свалившись на бок.

— Так точно — уверен!

Иванов вскочил на ноги и быстрым шагом пошел от забора в ночь. Идти ему было недалеко — метров двести. Но эти двести метров еще нужно было пройти...

— Приготовиться! — сказал в микрофон рации командир.

Водитель стоящей на одной из параллельных улиц машины повернул в замке ключ зажигания. Сидящие на заднем сиденье пассажиры завозились.

Машина проехала по улице пятьдесят метров и свернула в проулок, выехав на улицу, по которой шел Иванов. Через сто метров и полминуты они должны были встретиться...

— Слышишь? — спросил майор Проскурин генерала Трофимова.

— Слышу.

В тишине поселка, отражаясь эхом от стен и заборов, разносился шум едущего автомобиля.

Вообще-то машины проезжали здесь и раньше — в поселке жили не работяги, которым утром на работу вставать, в поселке жили обеспеченные люди, имевшие привычку засиживаться в казино и ночных клубах далеко за полночь. Но эта машина ехала в самое неудобное время, по самому неподходящему маршруту.

Генерал с майором напряженно переглянулись...

— Вон он!

Сидящий рядом с водителем пассажир показал куда-то вперед.

Далеко в свете фар маячила бредущая по тротуару одинокая фигура.

Водитель инстинктивно сбросил скорость.

— Не тормози! — прикрикнул на него пассажир на переднем сиденье.

Сзади глухо клацнул передергиваемый затвор.

Машина приблизилась к прохожему и почти миновала его... Но в момент, когда она его уже практически миновала, в щель приспущенного стекла левой задней дверцы высунулся набалдашник глушителя и из глубины салона простучала короткая автоматная очередь. Огненные вспышки на короткое мгновение осветили машину и лицо обернувшегося на выстрелы человека.

Он увидел отблескивающий черным бок иномарки и бьющий в глаза огонь...

Пули нашли цель. Пули ударили в бок пешеходу, опрокинув его. Он ничего не успел сделать. Он даже не успел ничего понять.

Машина проехала мимо.

— Стой! — крикнул пассажир с заднего сиденья. Машина встала.

— Сдай назад!

В машине сидели профессионалы, которые предпочитали подстраховываться даже в очевидных случаях.

Машина сдала назад и остановилась. Рядом с упавшим человеком. Из салона на улицу высунулась голова и высунулось дуло с глушителем. Прохожий был еще жив — он дергался и скреб пальцами асфальт.

— Живой?

— Уже нет...

Дуло пистолета опустилось вниз, остановившись на уровне головы жертвы.

Стрелок нажал на курок.

Пистолет дернулся в одну сторону. Голова жертвы в другую.

Теперь работу можно было считать выполненной.

Дверца захлопнулась, и иномарка тронулась с места. Киллеры не спешили, потому что не хотели привлекать к себе внимания. Отъехав на несколько километров, они свернули на проселок, где бросили угнанную несколько часов назад машину, пересев в другую.